Раньше, чем через год после похищения Якоба, действия нацистских организаций вне Германии снова привлекли внимание общественного мнения всех западных стран; речь шла опять-таки об инциденте на территории Швейцарии. 4 февраля 1936 года в Давосе студент-еврей Давид Франкфуртер, выходец из Венгрии, выстрелил из пистолета и смертельно ранил Вильгельма Густлофа, руководившего в Швейцарии местной группой заграничной организации немецкой нацистской партии. Франкфуртер хотел своим поступком выразить публичный протест против усиливавшегося преследования евреев в Германии: в сентябре 1935 года там были провозглашены гак называемые Нюрнбергские законы. Швейцарское правительево после данного покушения приняло соответствующие меры. Швейцарцам уже надоело вмешательство немцев в дела их страны. Через две недели после убийства Густлофа все организации немецкой нацистской партии, действовавшие на территории Швейцарии, были запрещены. Германское правительство заявило протест, швейцарские власти оставили демарш немцев без внимания.

В 1936-1937 годах многие ещё не видели тесной внутренней связи между всеми фактами. К тому же, в этот период в газетах печаталось так много других интересных новостей. Сообщения о ходе Олимпийских игр в Берлине или об отречении наследника английского короля от престола были куда более сенсационными.

Тем не менее, именно в 1933 году и в последовавшие за ним годы были посеяны семена постепенно нараставшего страха. Каждый из упомянутых выше инцидентов, каждая заносчивая демонстрация немецких или других национал-социалистов способствовали его распространению. Все настойчивее бросалась в глаза растущая угроза и связанная с этим неустойчивость жизни. Что же, в сущности, назревало в мире? Каким целям служили все эти заговоры?

Многие за пределами Германии не строили себе никаких иллюзий насчет того, что творилось внутри этой страны. Немецкое и переводные издания «Коричневой книги о поджоге рейхстага и гитлеровском терроре» расходились в десятках тысяч экземпляров. Социалисты и коммунисты знали, что их немецкие партийные товарищи подвергались пыткам в концентрационных лагерях; с распространением новых форм идолопоклонства, т.е. преклонения перед Гитлером, увеличивались возможности оказания давления на религиозные организации – как протестанты, так и католики отдавали себе в этом ясный отчет. Со свидетельскими показаниями о тирании национал-социалистского государства мог выступить не только еврей, но и любой эмигрант. А число беженцев из Германии достигло в 1938 году 350000 человек. Однако лишь немногие из воспользовавшихся правом на нормальную жизнь вне Германии сумели сделать для себя вывод, что их собственная жизнь продолжает находиться вне опасности. Кто отдавал себе отчет в том, что агрессивная политика национал-социалистов внутри страны должна почти неизбжено привести к внешней агрессии?

Большинство людей не решалось на такой вывод или оказалось неспособным прийти к нему. Однако были и другие, более решительные люди.

(Л.де Ионг. Немецкая пятая колонна во второй мировой войне. М.,1958).

«Коричневая» сеть

Начиная с 1933 года, в пустыне равнодушия и самообмана раздавались предостерегающие голоса, хотя далеко не все прислушивались к ним. Находились дипломаты, донесения которых были полны предупреждений. Появился целый ряд печатных материалов, разоблачавших не только агрессивную сущность национал-социалистов, но и интриги этого государства в других страранах. В ноябре 1933 года французская газета «Пти паризьен» вызвала сенсацию, опубликовав документы, тайно вывезенные из Германии коммунистами. Среди опубликованных материалов имелся план развертывания усиленной немецкой пропаганды в странах американского континента. Туда засылались тайные агенты. Им предлагалось, в частности, собирать данные о том, в какой мере те или иные газеты помещают сведения, исходящие из Германии.

Намечалось открытие якобы нейтрального телеграфного агентства для распространения пронемецких новостей; антинемецки настроенным журналистам должны были подсовывать лживые сообщения. Немецкие агенты, имея в своем распоряжении ряд подготовленных статей, должны были добиваться их публикации в газетах всей Южной Америки, от реки Рио-Гранде до пролива Магеллана, не стесняясь применять подкуп, если это нужно. Таким путем рассчитывали влиять на общественное мнение, с тем, чтобы оно в свою очередь, оказывало влияние на правительства стран Центральной и Южной Америки и не препятствовало Германии в её попытках овладеть территориями с немецкими национальными меньшинствами.