Читаем Падшая Грейс полностью

Промелькнуло еще четыре дня, прежде чем Грейс удалось добраться до судебных Иннов. Боясь, что мистер Микерс опять прогонит ее, она дала полпенни уличному мальчишке, чтобы он доставил в контору записку и передал ее мистеру Джеймсу Солану. Примерно через полчаса Джеймс вышел. Они сели рядом на скамейку на территории Иннов, но Грейс никак не могла преодолеть смущение и подыскать нужные слова, чтобы объяснить ему, чего именно она боится.

— Уверяю вас: что бы вы мне сейчас ни рассказали, это останется между нами, — произнес Джеймс, заметив ее смятение. — Когда мы познакомились, я обещал вам помочь, если это будет в моих силах, и я по-прежнему рад воспользоваться представившейся возможностью.

Грейс сжала губы. Как она может произнести такое?

— Может, вы совершили нечто, чего теперь стыдитесь? — осторожно предположил Джеймс. — Я могу ссудить вам небольшую сумму, если это вам поможет.

— Нет! Дело вовсе не в этом! — быстро ответила Грейс, качая головой. — Дело вообще не во мне!

— Вы по-прежнему работаете на семейство Победоноссон?

Она кивнула и наконец выпалила:

— Моя сестра… Она исчезла!

— Исчезла? — переспросил Джеймс. — Но откуда?

— Она служила горничной в доме Победоноссонов в Кенсингтоне, — ответила Грейс. Затем на минуту замолчала, расплакалась и заявила: — На прошлой неделе я пришла повидаться с ней, но там ее уже не было!

— Понятно. А когда вы спросили, куда она ушла, что вам сказали?

— Что она принимала ухаживания одного молодого человека и, наверное, сбежала с ним.

— Но вы считаете, что это ложь?

— Конечно! — Грейс отчаянно затрясла головой. — Моя сестра никогда бы не ушла, не поговорив сначала со мной. Она… она очень простодушна и иногда легко подпадает под чужое влияние, но она не стала бы вот так исчезать.

— Но разве не естественно предположить, что она могла с кем-нибудь познакомиться и…

— Да нет же! — перебила его Грейс. — Мою сестру никак нельзя назвать легкомысленной девицей. Кроме того, мужчины ее не очень-то интересуют, поскольку… поскольку мы обе пережили неприятное происшествие и… — Грейс снова умолкла и нервно сглотнула, пытаясь прогнать воспоминания о том страшном событии; она не могла найти в себе силы говорить дальше.

— Что ж, — успокаивающе произнес Джеймс, — тогда следует обдумать и другие возможности. Я, честно говоря, не в восторге от коммерсантов, занимающихся похоронными делами, — и особенно это касается Победоноссонов, которые, похоже, извлекают из этого больше выгоды, чем все остальные, — но каким образом они могут быть замешаны в исчезновении вашей сестры?

Грейс посмотрела на него.

— Боюсь, они похитили мою сестру в аморальных целях, — краснея, сказала она. — Я слышала, что существуют дома, где женщин держат для удовлетворения мужских желаний. Возможно, Лили заперли в таком доме против ее воли.

Но Джеймс Солан решительно покачал головой.

— Нет, нет. Я уверен: дело совсем не в этом. Даже у Победоноссонов есть имя и репутация, и они не станут ввязываться в такую скандальную историю. — Он помолчал. — Мы начинаем беспокоиться, когда наши близкие отдаляются от нас, но я уверен: у вашей сестры все хорошо и в свое время она обязательно свяжется с вами.

Грейс едва сдерживала слезы. Она была абсолютно убеждена, что Джеймс поможет ей, но он, похоже, ничего не понял.

— Благодарю, что выслушали меня, — произнесла она, как только ей удалось взять себя в руки. — Но теперь мне пора идти, пока Победоноссоны не обнаружили моего отсутствия.

— Вы дадите мне знать, когда ваша сестра свяжется с вами?

Грейс кивнула.

— Если она со мной свяжется. Хотя каким образом Лили передаст мне сообщение, если она даже собственного имени написать не в состоянии…

— Так вашу сестру зовут Лили? — В глазах Джеймса тут же появился интерес.

— Да. Разве я об этом не говорила?

Джеймс наклонил голову набок и насмешливо посмотрел на Грейс.

— А по странной, но замечательной случайности ее полное имя, часом, не Лили Паркес?

Грейс кивнула.

— Да. Но как вы узнали?

— Лили Паркес! — уже громче повторил Джеймс. — Клянусь Богом. А вы, значит, ее сестра.

— Да.

— Ваша мать… ваша мать умерла, кажется. Да, вы мне говорили. А ее как звали?

— Маму звали Летиция.

Джеймс ахнул.

— А отца — Реджинальд?

— Да, — удивленно подтвердила Грейс. — Но я думаю, что он тоже умер. Я его не помню, так как родилась уже после его отъезда. Он даже не знал о моем существовании, — добавила она.

Джеймс шумно выдохнул и сжал руки Грейс в ладонях.

— Грейс Паркес, приготовьтесь к неожиданности.

Грейс расплакалась.

— Лили умерла! Вы узнали, что она мертва?

— Нет-нет, что вы! О вашей сестре мне совершенно ничего неизвестно — кроме того факта, что о ней говорит все юридическое сообщество Лондона.

— Говорит о моей сестре?

— Говорит о ней, ищет ее, строит догадки об исчезнувших Лили Паркес и ее матери.

— Но с чего бы это?

— И о вас тоже заговорят, как только станет известно, что вы — вторая живая наследница Реджинальда Паркеса.

Грейс озадаченно посмотрела на Джеймса.

— Но какое отношение к этому имеет мой отец?