Читаем Падение полностью

- Так много боли... - прошептала она. - Они так много потеряли. Столько потеряли...

- Ты можешь это чувствовать? - Я последовал за ее взглядом к корчащимся телам, едва освещенным под кровавым жаром, который горел на горизонте. - Ты можешь их чувствовать?

Она кивнула и оперлась о край лодки, чтобы удержать равновесие. Вода между ее пальцами пылала. Свет распространялся, полз по темному, неумолимому морю лиц. Один за другим их крики затихли. Раздавались вздохи облегчения и смех. Шок парализовал меня на мгновение, когда я увидел, как невозможное развернулось передо мной. Души, связанные с Адом, никогда не могли избавиться от боли даже на мгновение. Их вечное мучение было просто... вечным. Я оторвал взгляд от позолоченного жара, распространяющегося по морю тел, и посмотрел на Гвен.

Слезы текли по ее щекам. Нет. Не слезы. Кровь. Ее тело билось в конвульсиях, а души под нами начали требовать того, что она предложила им. Руки тянулись к ней и хватали, останавливаясь на краю. Я вырвался из своего оцепенения и сделал выпад к ней.

- Гвен!

Я опоздал. Она выскользнула из моих пальцев, и жадные серые руки утянули ее за край. Чистый ужас душил меня, заставляя застыть на месте. Я не мог дышать. Я ничего не мог видеть кроме того, как она исчезала. Я не останавливал ее. Я не спасал ее. Она нуждалась во мне, а я не мог ей помочь. О, Боже... нет. Не Гвен. Не так...

Прежде чем я мог сформировать последовательный план действий, я схватился за борт лодки и нырнул в черную как смоль воду. Внезапное изменение температуры от кипения до льда выбило воздух из легких. Я судорожно вдохнул и набрал полный рот зловонной воды.

Все тела вокруг меня пинались и толкались, и тонули снова и снова. Я схватился за чью-то руку, чтобы выбраться с помощью нее на поверхность. Я закашлялся, когда вырвался на поверхность и стал выплевывать воду из легких, затем глубоко вдохнул и снова нырнул.

Пропихиваясь через слои душ, я плыл вниз и вниз, пока я не нашел мерцающее пламя волос Гвен. Это был маяк в темноте, влекущий меня. Тот факт, что я вообще нашел ее, был чудом. Наверное только армия могла бы мне помешать добраться до нее. Я вынул косу из-за пояса. Даже под водой, она дымилась, циркулирующий черный шлейф тянулся к небу через тела.

Я прорывался через толпу, окрашивая воду кровью. Это было зверство, но мне было все равно. Не тогда, когда их руки тянули ее глубже, толкаясь и хватая, чтобы получить каждую последнюю унцию света, который лился из нее. Когда я оказался достаточно рядом, я потянулся через единственный открытый кусок, схватил ее за руку и рванул на поверхность. Легкие горели. Мышцы болели. Я бы отдал все, что угодно, чтобы снова быть оцепенелым, оставить позади это тело и глупый интерес к девушке в моих руках.

Я вынырнул на поверхность рядом с лодкой и с усилием поднял Гвен на борт, а затем выбрался сам. Души под нами кричали. Поток кружился, раскачивая крошечную лодку и бросая ее из стороны в сторону в беспокойном море.

Я пополз по палубе к Гвен. Она была мокрой, вялой и бледной. Она не дышала. Я знал, что она вернется к жизни. Так было всегда для очередного раунда пыток, но все равно страх атаковал меня, заставляя трястись.

Я притянул ее в мои объятья, подальше от края, и гладил пальцами по щекам. Кровавые слезы размазались по ее мягкой, безупречной коже.

- Просыпайся, Рыжая, - призывал я, держа ее лицо в ладонях. - Я знаю, как ты любишь меня мучить, и обещаю, позже ты можешь делать все, что хочешь. Но прямо сейчас, мне нужно, чтобы ты проснулась. Проснись!

Ее веки затрепетали, прежде чем она зашлась в кашле. Я дернул ее вперед и похлопал по спине, видя, как она дрожит и выплевывает на палубу воду. Как только ее легкие прочистились, рыдание вырвалось из ее горла, и она задрожала от этого. Когда она схватилась за сердце, какая-то ржавая, неиспользованная часть меня сделала что-то с моей грудной клеткой, да так, что я не мог дышать.

Я не хотел терять ее. Не так.

- Гвен... - Я притянул ее к себе, не зная, что еще сделать. Я никогда не обнимал никого кроме моих младших сестер, но сделать это в тот момент для Гвен казалось необходимым как дыхание. - Что, черт возьми, ты пыталась там сделать? Ты вообще понимаешь...

- Слишком много, - прошептала она. - Я не хотела брать так много.

Она взяла их печаль и дала им свою радость. Души, которые не сделали ничего, чтобы заслужить это, предложили ей в ответ только мучение. И те жадные ублюдки почти высосали ее досуха. Я закрыл глаза, борясь с убеждением нырнуть обратно в воду, чтобы преподать им урок, что на самом деле значит пытка. Она схватила меня за футболку и уткнулась лицом в мою шею. Ее слезы превращались в пар на моей коже. Я знал, что был из тех, кто сжигал ее, но это было справедливо. Это она клеймила меня. Ее губы скользнули по моей щеке, оставив горьковато-сладкий отпечаток. Я закрыл глаза и стиснул зубы, заставляя себя не сжимать ее слишком сильно.

- Рыжая... я должен отпустить тебя. Я тебя обжигаю, - сказал я, ненавидя жар Ада, постоянно идущий от моей кожи.