Читаем Падающие звезды полностью

Первый солдат жестом приказал мужчине отойти назад. Второй взял девочку за руку и повел ее мимо КПП. Она покачнулась, чуть не упав, и вскрикнула. Мужчина потянулся к ней, но солдат преградил ему путь.

Мужчина снова закричал, пытаясь добраться до девочки. Второй солдат поспешил с ней в сторону огромных белых палаток регионального медицинского центра.

Почувствовав повышенный сигнал тревоги в голосе и действиях мужчины, четыре беспилотника пронеслись над ним, включая импульсные лазеры и выкрикивая неразборчивое предупреждение. Мужчина попятился назад и упал на колени, поднимая руки, словно умоляя.

Незримая рука схватила Габриэля за грудь и сжала. Его охватила ярость. Как они посмели разлучить родителя с ребенком? Как они могли быть такими бессердечными? Что это вообще за место? Если бы у него было оружие, а еще лучше — танк, он бы ворвался туда и расстрелял всех солдат в пределах видимости.

— Вот почему у них усиленная охрана.

— Неужели мы ничего не можем сделать? — растерянно спросил Мика.

Габриэль узнал боль в его голосе. Там, где Габриэль чувствовал ярость из-за этой несправедливости, в мягком сердце его брата кровоточила душевная боль. Он не поддался желанию броситься к нему, как в детстве. То время давно прошло. Теперь мысли о любви к Мике приносили только сильную муку и прилив вины.

Габриэль покачал головой.

— Мы ничего не можем сделать. Только если у тебя нет желания покончить с собой, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. О чем, по иронии судьбы, мечтал сам.

— Пойдемте. — Сайлас потрогал кобуру на боку. Габриэль заметил дрожь в его пальцах. С момента их приезда Сайлас превратился из язвительного и насмешливого в молчаливого и угрюмого парня.

Гонсалес постучал незажженной сигаретой по подбородку.

— Один из этих беспилотников может обнаружить тепло нашего тела.

Джерико повернулся к грузовику.

— Мы вне зоны действия их датчиков, но нам все равно надо убираться отсюда.

Элиза схватила его за руку.

— Мы не можем уйти. А как же Амелия?

— Ты видела то же самое, что и мы. — Ему хотелось смягчить удар, но в этом не было смысла. Все эти изнеженные представители элиты должны принять мир таким, какой он есть — холодным, жестоким, лишенным справедливости. В этом мире не существовало справедливости. Уже очень, очень давно. — Ты хочешь оставить ее там? Ты можешь больше никогда ее не увидеть.

Ее лицо напряглось.

— А как же лечение?

— Мама, — резко бросил Сайлас. — Мы ни за что на свете не оставим Амелию здесь. Ты это знаешь.

— Но иначе она умрет. — Бронзовая кожа Мики стала пепельной.

Габриэль прочистил горло. В глубине его мозга зашевелилась мысль, которая никак не хотела уходить. Но он не мог ее точно сформулировать.

— В этом месте есть что-то еще, нечто, вызывающее у меня беспокойство.

— У меня от него мурашки по коже, — признался Рассел.

— Более чем. — Габриэль посмотрел вниз по дороге на корпус красного спортивного автомобиля. Все двери стояли открытыми. Сиденья были разрезаны, начинка высыпалась на пол. — Если мы хотим оставить здесь одного из наших, то должны точно понимать, что это за место.

Элиза обратила умоляющий взгляд на Джерико.

— Пожалуйста.

Джерико хрустнул костяшками пальцев.

— Хорошо. Мы все разузнаем. Но ничего не обещаю.

Глава 24

Уиллоу

Обняв брата впервые за девять дней, Уиллоу смахнула слезы. Она чувствовала себя странно в громоздком костюме индивидуальной защиты, словно все ее тело с головы до ног погрузилось в силиконовую перчатку, но Уиллоу согласилась бы на все.

Бенджи крепко сжал ее спину.

Сердце Уиллоу сильно забилось.

— Ой! Не сломай мне ребра. Ты становишься слишком сильным. — Она отстранилась, чтобы получше рассмотреть его лицо.

— Прости, Ло Ло. — Он одарил ее глупой, кривой ухмылкой, от которой у нее защемило сердце. Его глаза сверкали. Светло-коричневая кожа не побледнела и не горела от жара. Он сидел, скрестив ноги, на своей кровати, полный сил и энергии, в руках у него были потрепанные игральные карты, волосы, как обычно, взъерошены. Бенджи выглядел здоровым.

Они находились в белой палатке, установленной внутри небольшой комнаты, с воздушным шлюзом перед дверью и системой фильтрации воздуха. Казалось, стены палатки дышат, сжимаясь и разжимаясь по мере того, как застоявшийся воздух высасывался, а свежий поступал внутрь.

Пол палатки покрывал пластик. Здесь стояла кровать, на которой сидел Бенджи, раковина с несколькими контейнерами для биологически опасных веществ, небольшая тумбочка и единственный синий пластиковый стул.

— Ты поел? — спросила Уиллоу у Бенджи. — Хочешь, я принесу тебе что-нибудь? У них здесь есть настоящее масло. Представляешь? — Сегодня утром она помогала взбивать это масло вместе с маленькой девочкой Грейси и Анной, заведовавшей кухней. Уиллоу вычистила несколько стойл и покормила кур, а после обеда тренировалась в одиночестве. Сайлас и Джерико все еще выясняли, что происходит в медицинском центре Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям.