Читаем П. А. Столыпин полностью

Закон (а сначала указ) устанавливал, что каждый домохозяин, владеющий наделом на общинном праве, может потребовать «укрепления» в личную собственность полагающейся ему земли. Желающие стать владельцами земли получали ряд «бонусов», которые по замыслу властей дополнительно стимулируют выход из общины и формирование столь значимого для судеб России слоя мелких земельных собственников. Так, «укрепляться» должен был надел, который находился в пользовании со времени последнего передела, причем независимо от того, как изменилось с тех пор количество человек в семье. Это было привлекательно для семей, ожидавших уменьшения своих наделов при следующем переделе. Выходившие из общины могли также оставить за собой излишки земли, превышавшие норму, – плата за эту землю устанавливалась льготной (по выкупной цене 1861 года, которая была существенно ниже текущих цен). А если передела земли в общине не происходило свыше 24 лет, то «укрепить» в личную собственность можно было всю землю, находившуюся в пользовании, без какой-либо доплаты. Особенно важно, что покидающий общину был вправе потребовать выделения «отруба» – отдельного участка взамен чересполосных земель; законом предусматривалась и возможность отселения на хутора. Оформление в частную собственность полноценного компактного участка превращало землю в более ценный актив, который можно выгоднее продать, а главное – получить под залог земли кредит в Крестьянском банке.

«Насильственное разрушение общины», которое оппоненты ставили в вину Столыпину, проявлялось, к примеру, в довольно разумной норме указа 9 ноября, а затем «Закона 14 июня». Если община в течение 30 дней не давала согласия на выход, то выдел происходил по распоряжению земского начальника. Кроме того, действенный инструмент был предусмотрен и в другом важнейшем законе – «О землеустройстве», называвшемся «Законом 29 мая 1911 года»⁸⁵ (его принятию предшествовало издание ряда временных правил и инструкций). При выполнении землеустроительных работ для ликвидации чересполосицы не требовалось предварительного «укрепления» земли за дворохозяевами, и члены общины начинали автоматически считаться собственниками, даже если об этом не просили. Поэтому селения, в которых были проведены землеустроительные работы, объявлялись перешедшими к наследственно-подворному владению. Как отмечает П. Н. Зырянов, «Столыпин, видимо, и сам понимал, что чересполосное укрепление не создаст „крепкого собственника“», что это «лишь половина дела». Поэтому с 1908 года для стимулирования перехода к хуторам и отрубам принимались дополнительные меры в рамках землеустроительной политики, приоритетным становилось разверстание наделов сразу целых деревень («Временные правила о выделе надельной земли к одним местам», «Временные правила о землеустройстве целых сельских обществ» и др.)⁸⁶.

В комплексе с указом о свободном выходе из общины были приняты и другие важные меры, обеспечивающие земельную реформу и «устройство быта крестьян», причем ряд решений был сознательно утвержден до издания указа 9 ноября 1906 года. Так, Крестьянскому банку для дальнейшей перепродажи крестьянам была передана часть свободных удельных земель сельскохозяйственного пользования, принадлежавших императорской семье. Свободные казенные земли, пригодные для обработки, передавались землеустроительным комиссиям. Таким образом, в Европейской России создавался земельный фонд, включающий несколько миллионов десятин земли. Для переселения же крестьян в Сибирь выделялись кабинетские земли на Алтае (они находились в ведении государя).

Большое значение имела отмена (указом от 5 октября 1906 года) правовых ограничений, сохранявшихся еще для крестьян. Крестьяне уравнивались с другими сословиями в вопросах, касающихся военной службы, поступления в учебные заведения. Вводилась свободная выдача крестьянам паспортов – с правом выбора места жительства. Отменялись ограничения, которые были связаны с упразднявшейся теперь подушной податью, а также с прекращением взимания выкупных платежей за землю с 1 января 1907 года (об их ликвидации было объявлено манифестом Николая II еще 3 ноября 1905 года). Зависимость крестьян от общины ослаблялась благодаря отмене таких традиционных элементов власти «мира» над отдельными крестьянами, как отдача должников «в заработки» и назначение опекунов. Устанавливалось право ухода крестьянина в город с отказом от общинной земли или с ее продажей. Крестьяне получали право без исполнения личных натуральных повинностей и официального выхода из общины поступать на гражданскую службу или в учебные заведения. Наконец, еще до издания указа о свободе выхода из общины за крестьянами было фактически признано право личной собственности на участок земли, находящийся в пользовании. Это следовало из смысла указа 19 октября 1906 года, разрешавшего Крестьянскому банку выдачу ссуд под надельные земли.