Читаем Озимандия (СИ) полностью

Незаконченная фраза повисла в воздухе, и ошарашенная мать уставилась ничего не понимающими глазами на пустую кровать дочери. Лики в комнате не было. Бог любит троицу, как говорится. Не было ее и в туалете, и в ванной ее тоже не было, и на кухню она тоже не заходила. Женщина обошла всю квартиру, даже на лоджию выглянула в надежде, что дочь спит там, спасаясь от ночной духоты, но все было напрасно. Славная доченька как сквозь землю провалилась. «Хоть бы позвонила, — расстроенная мать устало опустилась на пуфик в прихожей. — Знает же, какое сейчас время… А может она на дачу поехала? — стала она успокаивать себя. — Хотя, какая, к чертовой матери, дача? Ей же сегодня в деканат надо». Женщина достала из сумки мобильный телефон и набрала дочкин номер. Телефон молчал. Повторив набор еще несколько раз, она, наконец, поняла, что абонент телефон выключил или находится в зоне недосягаемости. Тогда она набрала телефон мужа.

— Алло, — услышала она его знакомый баритон, — полковник Смирнов слушает.

— Это я, — вздохнула она.

— Слушаю, милая, — голос полковника сразу же потеплел. — Уже соскучилась?

— Лика пропала, — чуть не плача выпалила она, чувствуя, что еще немного и слезы хлынут из глаз ручьем.

— Подожди, подожди, не паникуй… Как пропала?.. Ничего не понимаю… Она, что, дома не ночевала?

— Да, — сдерживалась из последних сил Елена Сергеевна. — И телефон ее тоже не отвечает.

— Паршивка, — отец выругался в трубку. — Совсем распустилась! Лен, ты только не волнуйся, — стал он успокаивать жену. — Ей уже девятнадцать лет, думает, что взрослая стала и родителей можно теперь ни во что не ставить. Загуляла где-то с подругами.

— А почему телефон молчит? — всхлипнула Елена Сергеевна. — Такого никогда раньше не было.

— Ты о чем?

— О том, — вскрикнула женщина, — что дома ее нет, и что телефон молчит…

— Все когда-то происходит в первый раз, — Елена Сергеевна услышала в трубке, как муж чиркнул спичкой, прикуривая сигарету. — Страшного ничего не произошло. Вечером объявится твоя ненаглядная, никуда не денется.

— А если не объявиться? — Елена Сергеевна тоже достала из пачки сигарету и стала нервно чиркать колесиком зажигалки. — Если не объявится, что тогда?

— А ты себя в ее годы вспомни.

— Так то же я… И потом, я же была с тобой.

— Ты только не нервничай. Извини, дорогая, одну минуту, — прервался он на полуслове, отдал какое-то распоряжение подчиненному и забасил снова в трубку: — Езжай на работу и не о чем таком не думай, еще ничего не случилось, поняла…

— А если случилось?

— Я тебе говорю, что ничего не случилось! — повысил голос Александр Васильевич. — У нас толковый ребенок, и я не думаю, что она по своей дурости могла вляпаться в какую ни будь историю.

— А может, она в аварию попала! — слезы заполнили глаза матери. — И сейчас лежит бедненькая, вся переломанная, в какой ни будь больнице, а ты говоришь, что мне надо ехать на работу и заниматься там какой-то фигней. Да пропади она пропадом, твоя работа!

— Хорошо, — сдался он, — не кричи. Я сейчас распоряжусь, и через час ты будешь знать, что твой ребенок ни в какой больнице не числится, а, скорее всего, еще дрыхнет после ночной гулянки у одной из своих подружек.

— Это и твой тоже ребенок.

— Хорошо, наш ребенок. У тебя, кстати, есть телефоны ее подруг?

— Есть телефон Риты, — Елена Сергеевна потихоньку стала успокаиваться. — Есть телефон Марины.

— Вот и славненько, — голос в трубке потеплел. — Нюни только не распускай, а езжай на работу и оттуда уже звони этим подружкам. Хорошо?

— Ладно, — Елена Сергеевна немного успокоилась и стала носовым платком вытирать покрасневшие глаза и нос, — уже еду…

Хорошо еще, что туш была несмываемая, и подкрашивать глаза второй раз необходимости не появилось. Женщина тяжело поднялась с места и взялась за ручку двери. Ее перламутровая «Тойота» как всегда стояла около подъезда и ждала свою хозяйку. До работы ехать было минут пятнадцать, не больше, но сколько потом она не пыталась вспомнить, как преодолела это расстояние и о чем тогда думала, сделать этого она так и не смогла.

Александр Васильевич же положил трубку и тут же вызвал к себе старшего лейтенанта Кудрявцева.

— Вызывали, товарищ полковник, — просунул тот свою кудрявую голову в образовавшуюся щель двери, постучавшись.

— Да, да, — полковник поднял голову от разложенных на столе служебных бумаг исписанных и чертежей. — Проходи, Алексей, присаживайся.

Высокий, подтянутый офицер прошел через весь кабинет и оказался рядом с начальником.

— Не в службу, а в дружбу, — произнес полковник, — сделай для меня одно доброе дельце…

— Слушаю, — офицер весь подобрался, всем своим видом показывая, что он готов к выполнению любого задания.

— Только постарайся, что бы ни кто об этом не узнал, хорошо?

— Хорошо, Александр Васильевич.

— У меня к тебе, Алексей, вот какое дело…

И в течение минуты полковник в нескольких словах изложил ему свою просьбу, что бы тот обзвонил все больницы и травмопункты столицы на предмет нахождения в них своей дочери, Смирновой Лики Александровны, уроженки Владивостока, студентки МГУ, проживающей в Москве и все такое….