Читаем Ожидание полностью

– А я твоего отсутствия и не заметила.

– Лгунья, – выдохнул Дик, целуя ее в щеку. – Ты знаешь, что Саймон от тебя без ума?

– Саймон?

– Ну, тот славный парнишка, писатель, симпатичный, если не считать усов, которые он упорно отращивает. Наберись мужества, Мелани: бедняга хвостом за тобой ходит, точно преданный спаниель. Даже спросил меня, есть ли у него шанс.

– Что?!

– Мне произнести по слогам? Парень от тебя без ума.

– И что ты ответил? Ты сказал ему?.. – встревожилась Мелли, судорожно вспоминая, не скомпрометировала ли себя чем-нибудь.

Лицо Дика исказилось. Хотя с какой стати ему злиться, даже если она и не желает афишировать их отношения? Не сам ли он старается сохранить роман в секрете? В горькие минуты Мелли думала про себя: ничего удивительного, ведь она не из тех женщин, что украсили бы его «имидж». И стыдилась подобных мыслей, поскольку знала: Дик вовсе не тщеславен.

– А что я должен был сказать? – рявкнул он. – «Ни малейшего шанса у тебя нет, потому что дама спит в моей постели»?!

Мелли раздраженно фыркнула.

– Так что ты сказал бедняжке Саймону?

– «Бедняжка Саймон»! Мужчины терпеть не могут подобных эпитетов, – сообщил он. – Слишком по-матерински звучит. В буквальном переводе это значит: «У тебя нет ни шанса, рохля несчастный».

– Если ты сейчас же не ответишь на мой вопрос, я сброшу тебя за борт! – пригрозила Мелли.

– Слова, слова… Ну, хорошо, хорошо! – уступил Дик, закрывая голову от ее кулачков. – Я был вежлив и тактичен.

– В первый раз в жизни…

– Но не стал его поощрять.

– Неужели ревнуешь? – недоверчиво осведомилась Мелли.

Дик пожал плечами, но, к ее вящему удовольствию, отрицать не стал.

– Откуда мне знать, может, ты сама втайне по нему вздыхаешь? Думаешь, мне приятно, если восторженный юнец принимается разглагольствовать о достоинствах моей дамы? Дескать, какие у нее стройные ножки или как она добра к зверушкам и детям. Полагаю, я выказал завидную сдержанность, но недвусмысленно дал понять, что у упомянутой дамы серьезные намерения по отношению к другому человеку.

– Дать бы тебе по шее! Ты и впрямь сказал: «серьезные намерения»?

– Именно так и сказал, – подтвердил он. – А вот по шее бить меня не надо.

– Тебе разве не полагается стоять у руля? – изумилась Мелли, когда пальцы Дика скользнули под ее футболку.

– Я мечтал об этой минуте всю неделю, – простонал Дик. Он уложил Мелли на плед; от испепеляющего взгляда синих глаз ее сердце беспомощно затрепыхалось, точно пойманная пташка.

– Тогда зачем ты пригласил Кэрол? – обиженно полюбопытствовала она.

– Милая, ненаглядная моя Мелани, – рассмеялся Дик, стягивая с нее футболку. – Я просто соблюдал приличия. У Кэрол достаточно такта, чтобы отказаться.

– По-твоему, она знает? – Мелли попыталась встать, но сильная рука удержала ее на месте. – Сестра так редко бывает дома, и, мне катилось, мы ничем себя не выдали… – Дик расхохотался, и она умолкла на полуслове. – Я ведь только о тебе думаю. Для тебя важно сохранить роман в тайне…

– Что до меня, пусть хоть весь мир узнает о моих к тебе чувствах.

– Да?

Мелли невольно пожалела, что не услышала об этом раньше. Лицо Дика казалось непроницаемой маской; роковой ошибкой было бы усмотреть в его словах то, что Мелли отчаянно хотелось услышать. Дик уловил ее замешательство.

– Я не делаю личную жизнь достоянием общественности. Нельзя переступать известную черту, иначе журналисты съедят тебя живьем. Или, чего доброго, я сам поверю в газетное очковтирательство. Насмотрелся я на жертв рекламы: жалкое зрелище, поверь мне. Не пойми меня превратно, я не настолько заносчив, чтобы порочить прессу. Ребята зарабатывают на хлеб, а я только в выигрыше. Я играю в азартную игру, но по своим правилам. Снимайте меня сколько угодно, но только не здесь, не на палубе. Студия вольна распространять любые слухи обо мне и моей предполагаемой подружке. Я готов позировать для журнальной обложки, но фотографии, на которой я запечатлен с любимой женщиной, они не получат. Я поеду в турне, я разрекламирую наш новый фильм, но чем я занимаюсь по окончании рабочего дня и с кем – это мое личное дело. – Дик лукаво усмехнулся. – По Крайней мере, здесь нам не приходится опасаться скрытой камеры.

– Может, где-нибудь там, наверху, летает спутник? – Мелли описала рукою широкую дугу. – Незримые окуляры следят за нами днем и ночью… – Она пыталась отшутиться, но как сохранить самообладание под этим жадным, требовательным взглядом, что скользит по ее полуодетой фигурке? Мелли ощущала легкое покалывание – преддверие жгучих ласк.

– Пусть себе наблюдают! Я и без помощи камер запомню, как ты выглядишь в солнечном свете. Я отмечу каждую деталь, а потом, когда мы займемся любовью под луной, сравню эффект.

– Ах вот что ты задумал! – Ладошки Мелли легли на его бедра. Она вовсе не собиралась разыгрывать недотрогу, тем более что обещание в голосе Дика будило в ней лихорадочный трепет.

– Многое зависит от твоего согласия, – признал он хрипло.

– Меня не так уж трудно уговорить… – Жадный поцелуй оборвал фразу на полуслове.