Читаем Ожерелье Атона полностью

– Ну, если это опять компьютерный маньяк – пробормотала Лика, открывая папку входящих сообщений. – Я все-таки соберусь с силами и изучу функцию включения адресатов в черный список.

Письмо содержало весьма радующую пометку – «Re: На деревню дедушке».

Лика быстро пробежала глазами замечания Володи Седова по поводу того, что он думает об ее активности. Скучно, Паша ей каждый день говорит то же самое… А вот суть следующей ниже информации ее разочаровала.

Уголовных дел против Вадима и Светланы Карповых, Игоря Полуянова, Галины Нестеровой, Ирины Завьяловой, Тимофея Романова и Юрия Космачева никогда не возбуждалось. Покойный Виктор Попов был осужден один раз за нанесение тяжких телесных повреждений. Однако в поле зрения правоохранительных органов этот мужчина попадал намного чаще. Попова неоднократно подозревали в причастности к совершению громких заказных убийств. Но подозрения без доказательств следователям приходится оставлять при себе…

– Да, судя по снайперской винтовке, найденной в номере, и следовало ожидать чего-то подобного, – прошептала Лика и продолжила чтение письма.

Галина Нестерова! Мягкий, вкрадчивый голос, доверчивые глаза, всего в меру – косметики, украшений, открытого на всеобщее обозрение тела. Воплощение идеального вкуса – и… Неоднократные административные взыскания за приставания к иностранным гражданам. Проститутка…

И еще один сюрприз. Седов прикрепил список с указанием мест работы интересующих Лику персонажей. Большинство туристов не солгало. Тимофей Романов действительно недавно вышел на пенсию, Ирина Завьялова работает менеджером по продажам в мебельном салоне, трудовая книжка Галины Нестеровой лежит в переводческой конторе. Юрий Космачев работает охранником крупного бизнесмена Филиппа Пригорина. Вадим Карпов владеет строительной компанией, Света – модель агентства «Stars», и… Игорь Полуянов. Место работы – тоже «Stars»…

Вот почему казалось таким знакомым лицо Игоря, наверное, мелькало на страницах журналов.

История стара как мир?

И что же Лике теперь делать?

Поговорить с Игорем? Со Светой? Рассказать все Вадиму? А вдруг эта парочка все-таки не знакома, «Stars» – одно из самых крупных агентств России, наверняка в нем работают сотни людей.

Лика выключила компьютер, извлекла из спрятанной в шкафу стопки маек пачку сигарет и вышла на балкон.

Первую же затяжку засек Пашка, важно несущий перед собой тарелку с гроздьями крупного синего винограда. Засек – и сразу же погрозил кулаком.

Лика демонстративно выпустила дым, уселась на стул и забросила ноги на балконные перила. Пусть ругается. Все равно.

Тимофей Афанасьевич Романов невыносимо страдал. После погружения в море он сразу же почувствовал, как цепкие коготки радикулита скребут по пояснице. И все-таки надеялся: а вдруг пронесет?

Вернулся в номер, решил вздремнуть перед прогулкой с Ирочкой, и вот, пожалуйста – всю спину прошивают разряды электрической боли. Нет сил даже подняться с постели.

Покряхтывая, Тимофей Афанасьевич дотянулся до телефонного аппарата на тумбочке, снял трубку и набрал номер своей вечной спутницы.

– Голубушка, вас не затруднит зайти ко мне? Такой приступ радикулита начался – мочи нет терпеть.

Ирочка встревожилась:

– Конечно, сейчас буду у вас. Может, позвать врача? У меня с собой нет никаких препаратов против радикулита.

– Врача не надо. У меня все есть. Приходите скорее.

– Уже бегу!

Тимофей Афанасьевич с облегчением откинулся на подушку. Сейчас станет легче. К тому же легкие женские ладони, скользящие по спине, – это так приятно. Нет, решительно – даже в болезнях есть свои преимущества. Хотя лучше бы мозг превращался в энциклопедию без всех этих баночек-скляночек, сопутствующих… В общем, сопутствующих старости, к чему лукавить с самим собой.

– Тимофей Афанасьевич, как вы? Укол надо сделать? Вы только скажите, я умею!

Ирочка, в темно-зеленой рубашке и такого же цвета шортах, с горящими на плечах темно-красными локонами, выглядела великолепно. И Тимофей Афанасьевич не преминул это отметить.

– Ах, оставьте вы комплименты! Где у вас шприцы? – нетерпеливо перебила Ира.

– Голубушка, обойдемся мазью. Вон там, в пакете на кресле. Скажите, не очень противно будет вам прикасаться к старику? Особенно после того… хм, казуса.

Она рассердилась, щечки вспыхнули румянцем:

– Глупости какие, скажете тоже! Поворачивайтесь на живот! Часто у вас такое со спиной случается?

– Годы, Ирочка, – страшная штука. Что-нибудь в организме ломается постоянно, не одно, так другое. Но к завтрашнему дню я обязательно встану на ноги. Должен, обязан, даже не сомневайтесь. И мы с вами еще отправимся на джип-сафари!

– То вам дайвинг, то джип-сафари, – ворчливо отозвалась она. – Вы как маленький, Тимофей Афанасьевич, честное слово. Совсем себя не бережете!

Закончив втирать мазь, Ира заботливо прикрыла одеялом сутулые, покрытые массой родинок и пигментных пятен плечи профессора, проверила, надежно ли закрыта поясница, и поинтересовалась:

– Я помою руки, можно?

– Конечно. Кстати, мне уже немного легче. Может быть, мы сможем даже прогуляться после ужина. Если не возражаете, разумеется.