Читаем Отвергнутые полностью

Обхватив друга двумя руками за мощные плечи, она прижала его к себе и носом зарылась ему в шею. Никогда раньше она не видела его таким потерянным. Из любой ситуации Нильс всегда выбирался с юмором и смехом, отчего у окружающих создалось ошибочное впечатление о нем, как о человеке, которого горе обходит стороной. У всех в жизни случаются взлёты и падения. А его неизменная яркая улыбка ежедневно заряжает позитивом, пока остальные тщетно ищут внутри себя искру для возрождения потухшего огня. Маска весельчака приросла к его лицу, слившись с кожей в единое целое. Со стороны он казался непробиваем, словно Атлант. Не научившись сгибаться под тяжестью проблем, он сломался, как только ноша стала непосильной.

– Помнишь, как вы с Данисом угнали машину? – спросила вдруг Юта.

Она не могла смотреть, как плачет Нильс. Этот огромный смешливый балагур никак не ассоциируется с горем и слезами. Ради всех тех, кто живет его улыбкой и цитирует шутки, выдавая за свои, он не имеет права сдаваться. Это намного ниже его достоинства. Ощущение, что разговор нужно отвести в любое другое русло, лишь бы он отвлекся, обрушилось на неё, будто подсказанное кем-то со стороны.

– Помню, как мужик клялся нас засадить до самого совершеннолетия в тюрьму для малолеток за свой ржавый таз. Клянусь, на рынке за него не дали бы и трех монет, – ответил он, улыбнувшись сквозь слезы.

Нильс возвращался к своему обычному состоянию. Юта пересела обратно в гнездо из подушек и накинула на ноги плед, как только увидела, что в её поддержке он больше не нуждается.

– Это было весело, несмотря на то, что я испугалась за вас. Честно, я тогда представила, как буду передавать печенье вам за решетку.

– Данис рыдал, как сопливая трехлетка, – вспомнил Нильс.

– Пожалуйста, не говорите моей маме! – писклявыми голосами они хором передразнили Даниса и рассмеялись от того, насколько оригинальным вышло сходство с главным героем того вечера, который умолял хозяина авто не звонить в полицию.

– Мать его тогда отбашляла такую сумму этому мужику, что он взял себе элитное авто с салона, – улыбнулся Нильс воспоминаниям.

– Да? – удивилась Юта. – Вот этого я не знала.

– Он пытался скрыть это от нас, но я прижал его к стенке. Сейчас уже, наверное, можно рассказать. Два года прошло.

– Я другую историю никогда не забуду. Когда в старости Смерть постучит в мои двери, я попрошу её подождать ровно пять минут, чтобы рассказать своей семье эту легендарную историю. Пусть знают, что их дряхлая бабка была не промах в пятнадцать лет, – улыбнулась Юта, держа интригу.

– Дача? – Нильс выставил указательный палец так, будто выстрелил в Юту из пистолета.

– В десятку! – рассмеялась она. – Боже мой, я никогда не забуду прошлогоднюю зиму!

Они синхронно упали лицами в колени, покатившись со смеху.

На самом деле, в истории не было ничего смешного. Прошлый ноябрь выдался как никогда морозным. Но разве это может остановить подростков, которые хотят увидеться и весело провести время в обществе друг друга? Вломившись в дачный поселок в трех километрах от города, пятёрка несколько часов строила снежную крепость, за которой можно было укрыться, когда очередной снежок летел прямо в голову. Случайно попав ледяным обломком прямо в глаз Данису, Марика очень испугалась, что причинила другу боль и выбежала ему навстречу. Вся снежная бойня закончилась одним большим валянием в пушистом сугробе. Как только веселье начало понемногу спадать, ребята поняли, что очень сильно замерзли.

– Не в Майями живем, как ни крути, – сказал Макс, настраивая онемевшими от мороза пальцами камеру.

Тогда Нильс сделал то, чего от него не ожидал никто в этой ситуации. Он сбил замок с ворот какой-то дачи и пригласил всех в гости. Для всеобщего спокойствия сказал, что это загородный коттедж его деда. На самом деле там, конечно, сарай с верандой и пристройкой вроде баньки. Но всем это место пришлось по вкусу. Ребята отдыхали всю зиму. Топили печку, играли в карты, мальчишки пили пиво и изредка баловали себя банькой. Культурно отдыхали всей дружной компанией, не выходя за пределы дозволенного и ощущая себя абсолютно взрослыми людьми. А весной на эту дачу явился мужик с топориком и авоськой полной дачной мелочевки. Схватив Юту за руку, Мари перемахнула через забор, а вот парни того же сделать не смогли, потому что в это время как раз сидели в парилке, обернутые в простыни. Там мужик их всех и запер до приезда людей в форме. Дача оказалась не Нильсова деда. Он просто вскрыл чью-то собственность и выдал её за свою.

– Мы с Марикой тогда наблюдали за вами издалека, чтобы помочь сбежать, если вдруг подвернется случай. Прямо шпионские игры, – сквозь смех едва смогла выговорить Юта.

– Данис на колени падал перед полицейскими, умоляя не сообщать его матери. Нас с Максом чуть не разорвало, когда мы наблюдали за ним!

Нильс так смеялся, что аж прихрюкивал от удовольствия. Глядя на него, Юта не могла не расхохотаться в ответ. И теперь она уже не могла дать стопроцентного ответа, смеётся ли над воспоминаниями, над Данисом или же над тем, как хохочет над этой историей Нильс.