Читаем Отцы и деды полностью

— Это как же ты, чудище кривокрылое, расколдовалось? — поинтересовался я у Козюлиуса, сажая Иоханну на плечо. Хоть бы додумалась молчать! Не хватало еще, чтобы она перед членом Совета, пусть и кузнечик он убогий, раскрыла кто она такая. Тогда меня от наказания не спасет даже тот факт, что я внук Главы этого самого Совета! Иоханна молодец, молчит, как рыба об лед.

— Этот? — спросил старик со шрамами у Козюлиуса.

— Он! Сын стервы этой с тапком!

— Это ты кого стервой назвал? — возмутился я. — Это ты маму мою так назвал?

— Похож, — сказал старик и вдруг перешел на визг. — Похож на стервь эту рыжую! И на узурпатора Терина похож! Щенок!

— Сам щенок! — неуклюже огрызнулся я.

Да что ж тут такое происходит? Почему Козюлиус больше не кузнечик? Где дед? И… и почему у этого старика со шрамами на шее наш семейный артефакт — Повелитель Порталов? Что, растудыть их всех налево, происходит стесняюсь я спросить?

— Ты кто вообще такой? — я решил начать с вопросов попроще.

— Сейчас узнаешь! — заорал шрамированный старик. — Ты, мерзкий сын своих родителей!

— Лин, этот придурок колдует! — шепнула Иоханна.

Волшебные животные, превращенные люди или просто магические, вроде нашего кота Василия, такие вещи хорошо видят. Даже лучше магов. Так получается я молодец, что на принцессу колданул, вот она нам сейчас практически жизнь спасла. Дед этот и правда не просто так орет и истерически руками машет, а заклинание плетет. Жестовик. И заклинание нехилое такое у него получается. Мало не покажется, когда он по нам им ударит. Пожалуй, пора валить.

— Держись, киска! — предупредил я и телепортировался.

— Слабо было от старикашки отбиться? — съехидничала Иоханна.

— Слабо, — буркнул я и на всякий случай телепортировался снова. Кто их знает, магов этих, вдруг они телепорт мой перехватили и за нами последовали? Лучше запутать следы.

Нет, я не трус, я просто осторожный. Что я дурак что ли, на рожон лезть? Тем более что вспомнил я, кто эта дамочка. Это Мадлона, та самая предметница, у которой отец мой когда-то предмет ее магический отобрал и в крысу превратил. Она у деда несколько лет жила, а потом он наигрался и вновь придал ей человеческий облик. При мне. Это он мне — тогда еще сопляку пятилетнему, спьяну решил продемонстрировать, как действует обратное превращение при выполнении условия, заданного магом. Продемонстрировал. Мадлона страшно ругалась, потом правда, успокоилась, выпросила у деда какие-то тряпки, чтобы прикрыть наготу и ушла. Куда ушла — не знаю. Чем все эти годы занималась, тоже не знаю. Колдовать-то она не могла — ее магический предмет у отца так и остался. А может быть и не у отца, может, выбросил он его уже давно.

Одним словом, ничего хорошего не стоило ожидать от присутствия у деда в доме недружелюбно настроенной Мадлоны в компании не питающего ко мне нежных чувств Козюлиуса. Да еще этот старик крикливый. И отсюда, как следствие, возникают вопросы — что Мадлона делает у деда? Как расколдовался Козюлиус? И кто этот маг со шрамами? Он что-то сделал с дедом, отобрал у него артефакт и какой-то сильной магией расколдовал кузнечика этого убогого?

На всякий случай, переместившись еще несколько раз и стараясь не прислушиваться к писку принцессы о том, что ее мутит от частых скачков, я остановился на пустыре. Пейзаж со всех сторон просматривается, да и вообще место подходящее. Кошачье кладбище. Здесь когда-то у папы моего дуэль состоялась. Мать сюда изредка наведывается, рыбку на могилки покойным кошкам носит. Странные обычаи в том мире, где она выросла. Не понимаю, зачем дохлым кошкам рыба нужна? Мать говорит, что это дань уважения такая к покойным кисам. Она к ним такой нежностью прониклась, потому что во время дуэли отец кошек этих поднял и с их помощью одержал победу. В общем, в случае чего повторю отцовский подвиг — подниму кошек и на преследователей их натравлю. Я сплел заклинание на поднятие, но пока не стал его активировать.

— Что это за помойка? — брезгливо спросила Иоханна.

— Кошачье кладбище, — честно отвечал я.

— Издеваешься? — обиделась принцесса. — Отпусти меня, у тебя плечо костлявое, мне неудобно сидеть!

— Сама ты костлявая, — буркнул я, схватил эту вредную кошку за шкирку и… аккуратно опустил на землю. Не хватало еще, чтобы она по моей милости ноги, то есть лапы переломала. Я не травматолог какой-нибудь, вылечить не смогу.

— Это действительно кошачье кладбище, тебе отец не рассказывал? Здесь у моего отца дуэль магическая состоялась, от которой, между прочим, судьба Зулкибара вашего зависела.

— Я слышала эту историю, — Иоханна огляделась по сторонам, переминаясь с лапы на лапу, и осторожно поинтересовалась, — и где тут могилки кошачьи?

— Да везде, — честно ответил я. — Кладбище древнее, могилки уже давно просели и с землей сровнялись.

Иоханна смешно прижала кошачьи уши и тихо позвала:

— Лин.

Смиренно так у нее получилось. Мне даже страшно стало. Вдруг принцесса моя с ума сошла с перепугу?

— Что, блонда моя ненаглядная?

Специально обозвал ее, думал она сейчас зашипит, возмущаться будет (мне так привычнее как-то), а она тихонечко говорит: