— Я сделаю то, что должен буду сделать, миледи.
— Сир Рейме, последний рыцарь мёртвого королевства, — невесело усмехнулась Надалия. — Я понимаю, о чём ты думаешь. Ты уже проиграл одно сражение — и теперь боишься проиграть и второе. Пусть твоя рука не дрогнет в нужный миг. Я постараюсь… не мешать тебе. Я благодарна тебе за то, что ты пришёл на мой зов и согласился остаться. Я так устала быть здесь совсем одна… Ведь я — воплощение человеческого страха перед одиночеством, сущность страха моего отца — оказаться всеми покинутым, забытым… Ведь даже имя отца его потомки забыли, осталось только прозвище того порождения Бездны, в которое он превратился по воле объятых страхом людей — Манус… Страх — самое сильное из человеческих чувств. И едва ли не самое разрушительное. Моя сестра Альсанна… Воплощение страхов нашего прародителя. Ей так тяжело приходилось, гораздо тяжелее, чем нам, остальным… Но и повезло ей больше, чем другим — по крайней мере поначалу. Король Элеум Лойс, Мейвел, был поистине великим правителем. Он не только поверил моей сестре, не только принял и защитил её, но и доверил ей своё королевство, когда пожертвовал собой и погрузился в Предвечный Хаос, чтобы защитить мир ценой своей жизни. И теперь Альсанну поддерживают не только любовь и доверие её супруга, но и невероятная важность её миссии. Пока она стережёт покой Короля — Хаос не сможет поглотить мир. Она сдерживает Тьму в себе во имя памяти того, кто доверился ей, и бесконечно молится за него. Нашандре тоже повезло, но Тьма в ней всё же оказалась сильнее любви её короля. Элана… Она оставалась верна королевству и своему долгу до конца, но теперь… Яд ослабил её, дракон не успокаивался много веков, а остальные служительницы храма давно умерли. И всё это время моя сестра пела колыбельные дракону одна. Дни и ночи, ни на миг не замолкая… И рассудок покинул её. Теперь она тоже — чистая Тьма. Воплощение гнева нашего отца — гнева, направленного на алчных и безрассудных людей, уничтоживших её королевство и погубивших её короля. Я не хочу, чтобы со мной произошло такое. Я прошу тебя… Просто уничтожь меня, если поймёшь… Обещай!
— Я уже сказал, миледи. Я сделаю то, что будет необходимо.
— Это слишком расплывчато! — Надалия сердито нахмурилась. — Ты ведь знаешь, как на людей влияет близость к… таким существам, как я. В какой-то момент ты можешь потерять ориентиры. Засомневаться в необходимости того или иного действия и посчитать правильным что-то совсем другое. Поэтому, — она нетерпеливо дёрнула острым плечом. — просто произнеси это вслух: «Я клянусь убить порождение Тьмы, если оно завладеет разумом Надалии и начнёт контролировать её тело!».
— Я клянусь убить порождение Тьмы, если оно завладеет разумом Надалии и начнёт контролировать её тело, — повторил Рейме — и почувствовал, как некая сила пробирается в его разум, копошится в сумбуре мыслей, словно ища подтверждения искренности сказанного. Он поморщился и непроизвольно поднёс руку к виску.
— Прости, — виновато улыбнулась Надалия, — но я должна была убедиться. Теперь я вижу, что ты честен со мной. Ты настоящий рыцарь, и я благодарна судьбе за то, что она привела тебя сюда, несмотря на печальные причины твоего появления. А теперь идём вниз. У нас много дел. Я расскажу тебе, чего следует остерегаться… Особенно в том, что касается меня и моей тёмной сущности. Но, кроме этого, у нас наверняка будет и множество… скажем так, внешних проблем. Тебе придётся стать командиром и единственным солдатом стражи этого королевства без короля. Хранить Корону, стеречь мою душу.
Надалия отвернулась и сжала руки перед грудью в молитвенном жесте. Рейме молча смотрел на неё, пытаясь понять: играет ли она, завоёвывая доверие — или всё же говорит искренне?
— Я уверена — вскоре у нас будет много нежеланных гостей, — продолжила Надалия. — Сила Короны притянет многих искателей власти. И твоей задачей будет… Не пропустить ни одного случайного человека. Я помогу тебе стать воистину непобедимым воином. И только тот, кто достоин стать в один ряд с Древними Повелителями Пламени и взойти на трон, сможет победить тебя в честном бою и заполучить Корону. Я думаю, одолеть тебя и без моей помощи почти невозможно, — Надалия вдруг неожиданно кокетливо улыбнулась, — но теперь ты станешь просто непреодолимым препятствием для жаждущих лёгкого возвышения. Идём, — она протянула Рейме руку. Тот осторожно сжал её хрупкую кисть с тоненькими, почти прозрачными пальцами.
Шаналотта. Когда-то
—