— Все умирают, милая, — сказал я очень тихо. — Все. Нет никакого «если». Есть только «когда». — Я дал ей время для обдумывания.

Когда ты умираешь, ты захочешь чувствовать стыд за то, что ты делал в жизни? Стыдиться жизненного предназначения?

Она смотрела в мои глаза минуты полторы, тишина прерывалась только звуком ее приглушенных рыданий. Потом ее голова качнулась в одиночном крохотном кивке.

— Я обещаю, что буду рядом, — сказал я. — Я не могу обещать ничего больше. Только то, что буду стоять рядом столько сколько нужно.

— Ладно, — прошептала она и склонилась ко мне.

На минуту я положил свою руку ей на волосы. Потом нежно сказал:

— У нас заканчивается время. Через несколько часов Стражи узнают, что Морган в Чикаго. Может быть они уже на пути сюда.

— Хорошо, — сказала она. — Ч-что нам нужно делать?

Я глубоко вздохнул.

— Помимо прочих вещей, я собираюсь попытаться наложить чары убежища.

Ее глаза расширились.

— Но… ты говорил, что такие вещи опасны, и только дурак будет рассматривать их как шанс.

— Я согласился помочь Дональду чудику Моргану, когда он появился у меня в дверях, — я вздохнул. — Я годен.

Она вытерла под глазами и под носом.

— Что делаю я?

— Возьми мой ритуальный ящик. Отнеси его в машину Мерфи, прижмитесь друг к другу снаружи.

— Ладно, — сказала Молли. Она развернулась, но задержалась и посмотрела на меня через плечо. — Гарри?

— Да?

— Я знаю, что это плохо, но…

Я резко взглянул на нее и нахмурился.

Она встряхнула головой и подняла руки вверх.

— Послушай меня. Я знаю, что это плохо, и больше я глядеть не буду, но… Я тебе клянусь. Я думаю, кто-то вмешался в мысли капитана Люччио. Я ставлю на это свою жизнь.

Я проигнорировал холодные мурашки, заплясавшие на моей спине.

— Может быть, уже поставила, — сказал я тихо. — И мою тоже. Иди за ящиком.

Молли заторопилась исполнять.

Я подождал, пока Молли не будет видеть Мыша. Большая собака села, мрачно сосредоточив на мне взгляд. Грива была спутана, выражение морды не совсем довольное, но движения были вполне свободными.

Мыш однажды был сбит водителем минивэна. Он встал, догнал его, и вернул должок. Собака Фу очень, очень крепкая. Я сомневался, что ему нужно медицинское вмешательство для восстановления, хотя я также был уверен, что это увеличило его скорость. Но я не мог быть полностью уверен, что ранение не было серьезнее, чем казалось.

Другими словами, дурацкая собака надула Молли и меня разом.

— Ты играл? — сказал я. — Чтобы посильнее задеть за живое Молли?

Его хвост гордо вильнул взад-вперед.

— Черт, — сказал я пораженно. — Может мне стоило назвать тебя Дензел?

Он показал клыки в собачьей ухмылке.

— Раньше ночью, — сказал я, — когда я пытался придумать как найти Томаса, ты меня прервал. Я об этом раньше не подумал, но ты помог ему отследить меня, когда Мадригал Рейт выставил меня на аукцион eBay.

Его хвост завилял сильнее.

— Можешь найти Томаса?

— Ву-уф, — сказал он и его передние лапы подпрыгнули на несколько дюймов от пола.

Я медленно кивнул, размышляя. Потом я сказал:

— У меня для тебя другое задание. Может быть более важное. Ты в игре?

Он встряхнул гривой и пошел к двери. Там он остановился и посмотрел через плечо на меня.

— Ладно, — сказал я ему, подходя к двери. — Слушай. Дела сопряжены с некоторым риском.

Глава 35

Я взглянул на бессознательное тело Люччио. Заботы по координации поисков Моргана, совместно с болью от ее травм и успокаивающим эффектом обезболивающих, что я ей дал, не позволили ей очнуться. Ни когда выстрелил пистолет, ни когда мы разговаривали или вытаскивали Моргана по лестнице к ролсу.

Я убедился, что она укрыта одеялом. В тот же момент с верхушки одной из книжных полок спрыгнул Мистер и улегся на ее ногах, замурчав.

Я почесал ему за ушами и сказал:

— Составь ей компанию.

Он одарил меня загадочным взглядом, как бы выражая согласие или наоборот отказываясь. Мистер был котом, а коты считали обязательством вселенной дать им приют, хлеб насущный, и развлечения. Я думаю, Мистер считал ниже своего достоинства планировать что-то на будущее.

Я взял ручку, бумагу и написал.

У меня нет времени, и к нам идут гости. Я иду куда-нибудь, где смогу обдумать новые варианты. Ты поймешь.

Мне жаль, но я не могу взять тебя с собой. В твоем состоянии ты не сможешь помочь. Я знаю, тебе это не понравится, но мы оба знаем, что я прав.

Чувствуй себя как дома. Надеюсь, скоро поговорим.

Я запечатал письмо и оставил его на кофейном столике, где она увидит его, когда проснется. Потом я наклонился, поцеловал ее волосы, и оставил ее, спящую в безопасности в моем доме.

*