Вообще-то в других обстоятельствах старый артиллерист только порадовался бы задержке и никуда не торопился, но его подстёгивала мысль о коварной экономии Великого Князя Литовского. Вдруг Казимир в самом деле решил не платить под предлогом опоздания? С него станется…

— Смотри, Франческо, смотри! — вдруг заорал Лянге.

— Что случилось, Иоганн, ты опять увидел дьявола?

— Нет, — севшим голосом ответил саксонец. — Это не дьявол, это гораздо хуже.

Маэстро вгляделся в едва заметные дымки, поднимающиеся с опушки леса, и пожал плечами:

— Ничего страшного, кто-то готовит обед.

Иоганн не ответил. Он спрыгнул с воза и нырнул в ближайшую канаву, распугав головастиков, а от леса к обозу полетели горящие стрелы, оставляя в небе дымные следы.

— Вот же старая кошёлка, твою мать два раза за ногу с присвистом в центр мирового равновесия и якорь в задницу! — на языке московитов выругалась поросшая травой кочка на обочине дороги, и тоже бросилась наутёк.

— Сеньоры, что происходит? Кто балуется с огнём? — удивился маэстро Датини.

И вместо ответа грохнул оглушительный взрыв.

Глава 18

Если Ивана отправили на перехват подходящего к Казимиру подкрепления без споров, то вопрос о противодействии тверскому князю решался подбрасыванием монетки. Генерал хотел лично пойти на Шемяку, мотивируя тем, что с детства не любит всех скульпторов вообще, а к Ивану Шемякину испытывает личную неприязнь.

— Это другой Шемяка, — безуспешно пытался объяснить Андрей Михайлович. — Коля, у тебя два высших образования и Академия Генштаба, и ты…

— Я не гуманитарий, и в такие тонкости не вдаюсь, — последовал ответ. — Ну что, идёшь на тверского князя?

— Чёрт с тобой, уговорил, — вздохнул Самарин. — Филина возьмёшь?

— Как же без специалиста по местному населению? Конечно, возьму.

А вот Вадима Кукушкина, несмотря на все его требования и стремление удивить мир подвигами, оставили караулить лодку и раненого гонца. Автомат, правда, выдали, но запретили ввязываться в неприятности по собственной инициативе. Троих дружинников, сопровождавших московского посланца, тоже не взяли, а чтобы не обидеть недоверием, преподнесли это как охрану ценнейшего и учёнейшего лекаря-боярина, способного поставить на ноги даже смертельно раненого человека. Да те и сами не горели желанием куда-то идти и с кем-то воевать.

На прощание Андрей Михайлович отозвал племянника в сторону и извиняющимся тоном спросил:

— Вадим, ты понимаешь, что хороший врач в этом времени ценнее любого генерала?

Кукушкин отмахнулся:

— Ладно уж, проваливайте свои подвиги совершать.

На том и расстались. Проводив уходящие группы, Вадим побродил по берегу, оценивая маскировку. Он доверял профессионалам, но занимаясь хоть чем-нибудь, можно приглушить острое чувство собственной бесполезности и ненужности. Так-то всё правильно дядя Андрей сказал, но торчать в глуши и ничего не делать… напрягает, что ли?

Вообще-то по меркам москвича из двадцать первого века Нагатино не такая уж и глушь, тут до Кремля совсем немного ехать, по пробкам не больше пяти часов. А если подняться вверх по течению до устья Яузы, то будет место, где Вадим живёт в будущем. Кстати, о будущем… там хорошо, там есть сортир с унитазом, и не приходится отбиваться от крупных злющих комаров во время благочестивых размышлений под ближайшим кустиком.

— А ведь у нас должны быть репелленты? — сам у себя спросил Кукушкин, и сам себе ответил. — Да их в лодке целый ящик!

Поиски почти сразу же увенчались успехом, но от скуки Вадим на этом не остановился, и принялся исследовать весь груз запасливых старых вояк. Видимо, они собирались на необитаемый остров, потому что прихватили с собой множество вещей, вроде бы и не нужных на войне. Вот зачем им старый советский магнитофон «Тембр», усилитель к нему, здоровенные колонки в деревянном корпусе, и большая коробка с аккуратно подписанными катушками? Лучше бы водки пару ящиков лишних взяли вместо древнего хлама.

— Так, а это что тут у нас?

В левом рундуке, служащим кроватью, обнаружились канистры с неизвестной жидкостью — шесть штук по десять литров. На бензин или другое горючее не похоже — их никто не станет хранить в пластиковой таре, а этикетки отсутствуют. Неужели спирт? Похвальная запасливость? Но какой, этиловый или изопропиловый?

Вадим алкоголем не увлекался, а исследование решил провести чисто в научных целях. Грамотный человек всегда найдёт способ отличить отраву от качественного продукта. Достаточно отлить пару капель в стаканчик, и…

— Старые ублюдки!

Налить не успел, зато хватило сил закрутить крышку канистры, и на четвереньках наощупь, задыхаясь от рвущего грудь кашля, выбраться из кокпита на свежий воздух. Где эти сволочи умыкнули такое количество запрещённого во всём мире хлорпикрина, он уже не интересовался.