Читаем Отсчёт. Жатва (СИ) полностью

Проснулась от звука скрипящих половиц. Стоило открыть глаза, не сразу вспомнила, где нахожусь. Элой ничего не заметил, продолжая тихонечко накрывать на стол и напевая под нос весёлую мелодию, пока я за ним наблюдала. Ещё вчера он предупредил, что мне следует отоспаться, а посему побудки с первыми петухами можно было не ждать.

У лесничего было при избушке целое хозяйство – и куры, и коза, и небольшой огородик. Старик по дороге к дому все уши о нём прожужжал, гордо выпячивая грудь и рассказывая, как двадцать лет назад начинал обживаться на этом месте. Я слушала вполуха и кивала, и только сейчас оценила, какое же это благо – тут тебе и козье молоко в крынке, и болтушка из яиц, и печёные картофелины, и зелень. Наверное, не будь забит нос, проснулась бы и того раньше, на манящий запах.

Зажмурилась и потянулась стопами, боясь оказаться замеченной. Хорошо-то как!

До сего момента брела вперёд как-то неосознанно, думая о том, что как-нибудь всё само собой образуется, и я попаду домой совсем скоро. Идти куда глаза глядят на поверку оказалось не лучшей идеей – если бы не Элой, так бы и продолжила скитаться по лесу, перебиваясь голубикой с орехами. Долго бы так протянула? Вряд ли. А попадись на пути зверьё какое или разбойники?

– Дядь Элой, – села на лавке и завернулась в одеяло с головой. – Дядь Элой, а можно я у вас останусь, а?

И шмыгнула носом. Старик вздрогнул, повернулся ко мне и растянул улыбку до ушей.

– А-а, – протянул он и прищурился, – гляжу, проснулся ужель. Ну-с, милости просим к столу. Чем, как грится, богаты, тем и рады. А ты чегось, так в шапчёнке и спал? Жарко жешь!

– Так можно, дядь? – осипшим голосом выдавила я и снова шмыгнула.

– Ну чего ты, Риша? Тебя же дома ждут. Мамка твоя, сестрёнка. Отца боишься? Ну, поругается он, но не станет же тебя убивать? Ты ж за сестру боялся, вот и пошёл в такую даль. Это же не повод сбегать из дому, верно? Верно, я тебя спрашиваю, а? Ну-ну, реветь-то не надо! Ты ж парень, чего в слёзы сразу? Ну не прогоню же тебя прямо сейчас, в самом-то деле…

– Я соврала-а, – захныкала я, давясь слезами, – нет у меня сестры-ы-ы никако-ой.

Элой собрался было сесть рядом и успокоить то ли словом, то ли подзатыльником, но в дверь неожиданно постучали. Лесничий хмуро глянул на меня, пожевал губы и покачал головой. Стук повторился – настойчивее и громче.

– Да иду я, иду! – заохал старик. – Кого это в такую рань нелёгкая принесла?

Открыв дверь, Элой отпрянул от порога как от огня, тут же согнувшись в поясном поклоне. Удар или два я не могла разглядеть, кому он выказывал этакие почести. А потом вошёл чародей! Сразу поняла – по прямой осанке, холодному взгляду и дорогому, пусть на вид и простецкому камзолу – с золотой и серебряной тонкой вышивкой, да ткань ещё такая матовая, с едва заметным узором. У матушки было похожее платье, свадебное, она всё обещала мне его подарить, когда под венец пойду.

Отец говорил, что аристократы, не имеющие дара, так спокойно и сдержанно себя не вели. Им лишь бы покичиться своим статусом, полученным только потому, что кто-то из их предков был Владеющим. С порога требовали, чтобы били поклоны да увивались. А чародеи не такие – они себе цену знали, как и то, что любому сказавшему хоть слово поперёк, могли без промедлений поджарить пятки.

– Ой-ма, батюш-шки! Магистр Раджети! – запричитал старик, взмахнув руками, перестав отвешивать поклоны. – Как же я рад вас видеть! А какими такими судьбами вы к нам пожаловали? Чем помочь могу вам, сеньор?

– Тише-тише, Элой, – сдержанно улыбнулся чародей, – полно тебе. Делаешь из моего визита какой-то карнавал, право-слово. Как твоё колено, кстати? Не болит больше?

И склонил голову к плечу, заставляя чёрный водопад волос перетечь вперёд. Как зачарованная, смотрела на этого магистра Раджети – утончённого до кончиков ногтей, но при этом – открытого и приветливого. Лицо у него было длинное, безусое, с чуть раскосыми зелёными глазами. Оправляя кружевные манжеты, он пристально смотрел на меня. Точнее – на одеяло, под которым я пряталась и откуда выглядывала одним глазком.

От перемазанного сажей мага, которого убил Кирино, этот отличался разительно. Хотя, пожалуй, если его испачкать или того отмыть…

Закусила губу. Не время сейчас для глупых мыслей, ох не время. Те же Владеющие меня как-то нашли, так что мешало повторить тот трюк вновь? Хватило ли Кирино сил, чтобы убить всех магов? Или он кинулся обратно ко мне сразу, как понял, что вожделенное зеркальце может стащить кто-то другой.

– Всё благодаря вам, сеньор Раджети. Ужель с неделю бегаю как молодой волк по лесу. Ух и выручили вы меня! Я вам теперь по гроб жизни обязан!

– Уже не обязан. Спасибо, что нашёл мою дочь.

Старик моргнул. Открыл рот. Подумал немного, и захлопнул его обратно. Он был явно озадачен подобным поворотом событий и не знал, как правильно реагировать. Я еле сдержала протестующий писк, для верности сильнее впившись в губу. О чём это он?!