Читаем Отродье ночи полностью

Джошуа вынул лист и положил его рядом с ксерокопией. Печать совпала. В обоих вариантах нижний хвостик "е" оказался жирно пропечатанным, так как давно не чистились ключи в машинке. Буква "а" была в обоих случаях смазана, а верхушка у "д" отсутствовала. Значит, письмо напечатали в кабинете Бруно Фрая, на его же машинке.

Очевидно, что двойник, выдавший себя за Фрая в Сан-Франциско на прошлой неделе, имеет ключ от дома. Но как? Скорее всего, что сам Фрай дал ему ключ, это означает, что, действительно, у него был наемник.

Джошуа откинулся на спинку стула и бессмысленно переводил взгляд с ксерокопии на свой листок с отпечатанной первой фразой: новые вопросы стремительно проносились в его голове: зачем Бруно понадобился наемный двойник? Где он отыскал так поразительно похожего на него человека? Как долго он работает на Фрая? И чем он занимается? И сколько раз он, Джошуа, беседовал со лже-Фра-ем, ничуть о том не подозревая? Как узнаешь? Посетил ли этот человек дом в четверг, когда Бруно умер в Лос-Анджелесе? Скорее всего, посетил. Ведь это он напечатал письмо и подсунул его в сейф. Но каким образом весть о смерти так быстро настигла его двойника?.. Бруно Фрая нашли бездыханным у телефонного автомата. Возможно ли, чтобы Фрай позвонил домой и сообщил о ранении двойнику? Да, возможно. Вероятно, что так и было. Но о чем они говорили, когда один из них умирал? Неужели их объединила одна мания, вера в то, что Кэтрин воскресает?

Джошуа вздрогнул. Он сложил листок и сунул его в карман. И тут он, впервые в жизни, по-настоящему ощутил мрачность дома. Комнаты, набитые мебелью и дорогими вещами, с тяжелыми гардинами на окнах и темными коврами на полу, внушали страх и непонятную тревогу.

Шорох. В соседней комнате. Джошуа услышал его, выходя из-за стола. Он замер, прислушиваясь.

— Показалось, — сказал он, чтобы успокоиться.

Он быстро прошел по смежным комнатам к выходу. Нет, показалось. Кто там мог быть? Закрыв на ключ дверь, он вздохнул с облегчением.

И в машине, по пути в офис, его не покидали сомнения. Кто же умер в Лос-Анджелесе — сам Фрай или его двойник? В «Пасифик Юнайтед» пришел двойник или Фрай? Чертовски много вопросов, а ответов — почти никаких.

Припарковав машину у здания офиса, он вспомнил, что ему сказала миссис Виллис. Что ж, дела могут принять такой оборот, что придется вскрывать гроб, чтобы узнать, что же на самом деле произошло.

* * *

Тони и Хилари, прилетев в Напа Каунти, взяли машину и в половине пятого уже были в местном управлении полиции. Двое молодых помощников шерифа и двое усердных работников разбирали бумаги. За большим металлическим столом сидела секретарша шерифа, на табличке, прикрепленной к пишущей машинке, было выбито имя: Марша Пелетрино.

Когда она открыла дверь в кабинет шерифа и сказала, что к нему посетители, тот уже понял, что от него хотят, тут же вышел из кабинета и неловко пожал им руки. Хилари и Тони были несколько удивлены, они скорее ожидали, что шериф откажет во встрече. Он, казалось, был очень смущен.

Хилари представляла себе шерифа другим. Она ожидала увидеть коротышку толстяка с сигарой во рту. Лавренски же оказался высокорослым блондином, лет тридцати, с точеными чертами лица и добрыми улыбающимися глазами.

Через несколько минут разговора Хилари поняла, что нескоро им удастся разгадать тайну Фрая.

Они с Тони сидели на старом кожаном диване, облокотившись на жесткие потертые валики. Лавренски развернул стул задом наперед и оседлал его. Он сидел напротив Хилари, обхватив руками спинку стула.

Лавренски сразу же начал с сути дела и тем самым обезоружил Хилари и Тони.

— Боюсь, что я вел себя в этом случае крайне непрофессионально. — Я не отвечал на звонки из вашего управления.

— Вот именно поэтому мы здесь, — ответил Тони.

— Это... официальный визит или что-то другое? — смущенно спросил шериф.

— Нет, — ответил Тони. — Здесь я не как полицейский, а как частное лицо.

— Невероятные события произошли в последние два дня, — вступила в разговор Хилари. — Случилось невероятное, и мы надеемся, что вы нам сможете помочь.

Лавренски удивленно повел бровями.

— Что, еще что-то стряслось? После нападения Фрая?

— Мы все расскажем по порядку, — сказал Тони, — но сначала объясните нам, почему вы не отвечали на звонки?

Лавренски кивнул, потом покраснел.

— Я не знал, что говорить. Мне очень хотелось, чтобы ничего этого не было. То, что я поручился за Фрая...

— А почему вы за него поручились? — спросила Хилари.

— Только... видите ли... я, действительно, думал, что он дома.

— Вы говорили с ним? — спросила Хилари.

— Нет. — Он кашлянул. — Видите ли, звонили вечером, и трубку снял дежурный. Тим Ларссон. Отличный полисмен. Мы с ним работаем седьмой год. Так... Тим, узнав, что интересуются Бруно Фраем, решил лучше позвонить мне и посоветоваться, ведь речь шла о достойном жителе Санта-Хелены. В тот вечер я был дома. Мы всей семьей отмечали день рождения дочери. Сами понимаете, что мне не хотелось еще и дома заниматься делами. Я очень мало уделяю детишкам времени...