Читаем Откровение полностью

Где-то через три четверти часа он увидел бойцов южного отряда, занявшими свои позиции. Проверил крепления лестниц, предназначенных для спуска северного отряда, и тем самым, подал пример Эзре. Ицхак был доволен своим помощником. Тот внимательно следил за его действиями и старику это было очень по душе. Посланный человек вернулся. Ицхак приказал трем бойцам северного отряда расположиться у лестницы. Также поступил и Эзра. Все было готово.

* * * * * * *

Центурия вышла из поселка и быстрым маршем направилась к Ракиа. От рава Биньямина добиться ничего толкового не удалось. Как, впрочем, и от остальных мужчин поселка. Все они слыхом не слыхивали не о каком караване, а дороги, мол, существует только две - на Наблес и на Ракиа. О них римляне знали и сами и эти хитрые бестии об этом несомненно догадываются. Грассий был зол на евреев и зол на себя. - "Ведь я видел, что следов в ущелье было меньше и все же не понял, что меня обвели вокруг пальца. А я еще задерживался, слал разведчиков, делил отряд на колонны. В общем, играл на руку этим скотам. А мои рабы, мои сестерции удалялись от меня все больше и больше."

"Ну, ничего, я еще догоню их, пусть даже в Эйн-Геди!", - подумал он и приказал не замедлять темп. Полным ходом римляне вошли в ущелье. Кассий попытался что-то сказать ему о двух группах, как прежде, но какого черта! И так мы потеряли массу бесценного времени. Больше половины центурии уже находилось на самом опасном участке.

Иудеи были в полной готовности. Каждый стоял у своей глыбы, ожидая сигнала командира. Ицхак же не торопился. Он хотел сбросить лестницы после того, как замыкающие колонну легионеры будут в капкане. Затем подождать пока хотя бы четверо из бойцов спустятся и заблокируют северный проход. Лишь после этого он собирался дать приказ атаки. Старик ждал слишком долго, чтобы спешить теперь. Он решил провести этот бой так, чтобы ему не в чем было себя обвинить. Чтобы умереть спокойно...

Красный, как кровавое пятно, диск солнца устало опускался на раскаленные камни. Казалось, горы пробуждаются к жизни, освобождаясь от дневного зноя. Над ущельем неслышно парил сокол. Ицхак любил горы с детства. Сейчас, ему казалось, что эти величавые холмы смотрят на него с сожалением, как-бы прощаясь...

Но наконец, все римляне прошли намеченную Ицхаком черту. Он дал знак запирающему отряду. С обеих сторон по лестницам начали спускаться иудеи. Одновременно их товарищи зажгли огонь под котлами со смолой и вернулись на позиции. Все по плану. Но боже, как медленно они приближаются к земле! Казалось, прошла целая вечность, пока один из них занял свое место у входа в ущелье. Передние римляне подошли уже очень близко к залегшему южному отряду. Скоро они его обнаружат...

Кассий подбежал к центуриону: - "Запах смолы! Горящей смолы!"

"Черт подери, что за ерунда! Задние - приставить шаг!"

Раздался какой-то арамейский крик. Римляне задрали головы к верху. "Скалы шатаются... Или это кружится голова?"

"Приставить шаг!"

И тут глыбы покатились. Некоторые римляне, замерев на месте, смотрели на это страшное зрелище. Другие заметались, сбивая с ног своих товарищей.

Гай Грасий понял, что он в ловушке: - "Вперед! Пробиваться к выходу!", - закричал он, прислонившись к скале. Глыбы достигли земли и ущелье наполнилось жуткими воплями. Посыпались камни помельче. Они вылетали из пращей с большой скоростью и падали вниз так быстро, что снизу казались, чем-то вроде длинной летящей дубинки. Попадая в человека, они сбивали его с ног. Один из таких камней поразил и Гая Грассия. Он упал без сознания. В панике легионеры бежали по телам. В том числе, по телу центуриона...

Град камней продолжался. Кассий быстро пришел в себя: - "Поднимать щиты! Поднимать щиты! Черепахой двигаться к выходу!". Его уверенный голос навел некоторый порядок. Легионеры образовали колонну. Эффективность падающих камней резко упала. Римляне стали продвигаться к выходу. Заметив это, Ицхак закричал: - "Смолу! Смолу! Арбалетчики - по местам!"

Тем самым он перешел ко второй стадии боя раньше, чем было запланировано. Далеко не все успели опорожнить свои пращи.

Снизу вновь раздались дикие крики. Кипящая смола, проскальзывая между щитами, проникала под каски легионеров, жгла щеки, текла по телу. Пострадавшие корчились от боли.

"Смыкать строй! С поднятыми щитами - вперед к выходу! Мы одолеем их!", - кричал декурион Кассий, пробираясь к заваленному глыбой, южному сужению ущелья. Вдруг сильный удар в спину оглушил его и он упал. На губах появился неприятный привкус песка и щебня. Непрекращающаяся боль под левой лопаткой подсказала ему, что это стрела арбалета. Перед глазами поплыло. Он хотел еще что-то крикнуть, но сил не хватило...