Читаем Отец и сын полностью

Впервые обратил внимание на важность верности слову первого руководителя. Ректор АПИ В.Г.Радченко и ректор ТИИ А.Н.Косухин противоположности именно в этом аспекте. Оба деловые, решают вопрос становления молодого института, пытаются обеспечить научными кадрами, но подход разный. Косухин очень многим и много обещает, но выполняет обещания выборочно. И не чувствует при этом никаких неудобств. Кстати, Косухин любил рассказывать про партизанские годы в Крыму. У меня ещё с колымских времён сохранилась подаренная «за отличную учёбу и примерное поведение» книга воспоминаний И.Козлова «В Крымском подполье «(издана в 1948 г.). Просмотрел и увидел резко отрицательный отзыв о деятельности Косухина (кличка «Костя»). Удивительное чутьё секретаря подпольного обкома Козлова выявило черты характера Косухина, не исчезнувшие и через 25 лет.

Первый семестр в ТИИ дался трудно. Лекционный курс составлялся заново, одновременно готовил лабораторный практикум. Началась очень морозная зима. Студенты на лекциях в пальто и перчатках, у лектора пар идёт из рта. На кафедре случилась трагедия.

Лаборант грелась около раскрытой муфельной печи. Из рук выскочила колба, загорелся халат; растерялась, начала бегать по кафедре. Пока её сбили с ног и затушили огонь процентов 40 поверхности тела обгорели. Через неделю умерла. Похороны. Трагедия сопровождалась очень некрасивыми вещами: задним числом оформлялись инструктажи по технике безопасности, подделывались подписи…

Холодная зима сказалась не только на работе института, не работали детсады. А дома 12–15. Дети в валенках по квартире бегают, хозяин, то бишь автор, сидит перед телевизором на бачке с кипятком (к счастью, горячая вода была в достатке).

Дети в дошкольный период часто болели, редко бывала ситуация, когда оба в садике. Участковый педиатр расписалась в собственном бессилии: «У меня самой двое детей постоянно болеют.» Лечение: тетрациклин, сульфадимезин, димедрол. Положительным при лечении было прикрепление к поликлинике Главтюменнефтегаза, лучшей в Тюмени. Ковры, мягкая мебель, никаких очередей. Подобного обслуживания я не видел ни в Барнауле, ни в Томске. В этой же поликлинике и мы с Ниной лечились. Лет через 5–6 всех доцентов ТИИ из привилегированной поликлиники «попросили».

Уважаемый читатель! Временами Вы обращаете внимание на некоторую сумбурность изложения, вызванную попытками увязать в настоящей книге трудно совместимые для непрофессионального литератора задачи: хронологическую последовательность; краткость и доступность изложения с минимумом специальных терминов; характеристики лиц, вступавших в активный контакт с автором; глубинные причины производственных и семейных конфликтов. Прошу извинить! Продолжаю.

Все 9 лет работы в Тюменском индустриальном институте прошли под знаком внутреннего противостояния между мной и Магарилом. Первый холодок в отношениях появился незаметно, затем начались закулисные манёвры: с «доцентством» (см. выше); поставленным мной курсом по современным физико-химическим методам исследования («в целях совершенствования учебного плана» сокращение лекционных часов, замена экзамена по курсу на зачёт и т. д., затем перевод курса на кафедру общей химии); прекращением выделения дипломников (якобы моя тематика не соответствуют специальности выпускника). К этому времени я уже перешёл на кафедру технологии основного органического синтеза и начал вести лекции и занятия по органической химии. По ходу изложения Тюменского периода жизни фамилия Магарил будет звучать многократно.

При появлении в Тюмени сразу познакомились с соседями по площадке и Витя Кучерюк (жена Лена), аспирант Косухина (строительная механика), позже доцент, ещё позже профессор без докторской степени, на тюменский период стал постоянным партнёром в житейской сфере. Походы за грибами, совместные семейные «попойки». Регулярное (два раза в неделю) посещение спортзала (волейбол). Но самое главное баня. Еженедельно, без срывов, посещение железнодорожной бани (в то время лучшая парилка в городе, но работала режиме: день мужчины, день женщины). Заранее, в начале семестра так утрясали расписание, чтобы среда-четверг после обеда были свободны. А после бани пиво!!! Появлялись с работы жёны и начинался «третий акт» с ужином и самодельным вином из черноплодной рябины, которое мы делали в больших количествах.

Кучерюк, в отличие от меня, больше работал дома. Сын, чуть моложе Игоря, «под ногами», довольно капризный. Витя успокаивал его, подкидывая газету за газетой, и Дима старательно рвал их на мелкие кусочки. А газет выписывали много и немало времени проводили с Витей в беседах о политике.