Читаем Отец и сын полностью

По петровскому приговору в связи с делом Алексея Петровича Елена-Евдокия была сослана в женский Старо-Ладожский Успенский монастырь, в тогда еще Ингерманландской губернии, коей полным хозяином был А.Д. Меншиков. Она находилась там с 1718 до 1725 года.

Немедленно же после смерти императора Петра Великого доля ее, казалась, стала совершенно невыносимой. Ее отправили в Шлиссельбургскую крепость. Она содержалась в ней в великой строгости, как подлинная государственная преступница. Указ на сие был скреплен подписью императрицы Екатерины I Алексеевны. Но ведь мы знаем, что и рукой ее, и головой тогда всецело владел опять-таки Меншиков и его воля торжествовала во всем.

Со вступлением на престол Петра II Алексеевича, сына царевича Алексея Петровича, положение Евдокии изменилось радикально: она была освобождена из заключения, внук дал бабушке «большое содержание и особый двор».

После того как в апреле 1730 года императрицей стала Анна Иоанновна, к ней, к Евдокии, стали официально относиться как к «бывшей царице» и за нею сохранили и содержание, и двор.

Умерла Евдокия Федоровна в 1731 году.

3

Поразительно, но жизнь свою сохранила в этой, изобиловавшей смертями истории (что можно считать огромной удачей) и Ефросинья Федорова. Читатель, наверное, уже догадался, почему ей это удалось. Прежде всего, потому, что она своими показаниями против Алексея Петровича определила и решения суда, и обвинение царевича, и даже саму его смерть. Проще говоря, Ефросинья купила себе жизнь, выполнив вполне понятное условие, которое ей поставил Петр Толстой, скорее всего накануне начала возвращения домой из Италии. Как видно, Иудин грех на небесах смертным не считается, что ли… Во всяком случае, саму Ефросинью угрызения совести особенно не терзали и повеситься на осине она даже не пыталась. Ей сохранили жизнь.

По решению Петра она была отдана на поруки коменданту Петропавловской крепости капитану Бахметеву. Ребеночек же от Алексея у нее почти сразу после родов помер. Жила она в крепости хотя и не взаперти, но выходить ей в город комендант категорически не позволил. Но ведь в крепости был особый гарнизон: офицеры и солдаты. Один из офицеров, имени которого автор не знает, что называется, «положил глаз» на Ефросинью, сумел как-то с ней познакомиться и через какое-то время испросил у помянутого выше крепостного коменданта Бахметева позволения жениться на ней. Разрешение было получено, офицер женился, и, как говорят некоторые авторы, у них даже было двое детей.

Очевидно, следует быть уверенным, что позволение на брак дал сам царь Петр. Иного просто не возможно себе представить. Повторим: таким образом царь расплатился с Ефросиньею.

Когда умерла Ефросинья – точно не известно. Но во всей заключительной фазе ее жизни – фазе офицерской жены и матери – видится очевидная несуразица. Ибо вряд ли офицер мог жениться на крепостной. Стало быть, Ефросинья к моменту брака с этим офицером крепостной уже не была. Как она получила свободу?

Можно допустить, что перед поездкой на запад, или, лучше сказать, – перед бегством в Европу, а может быть, и несколько ранее того, владелец Ефросиньи Никифор Константинович Вяземский отпустил Ефросинью и ее брата Ивана. Дал им свободу. Или царевич выкупил их у Никифора. А может быть, Вяземский просто уступил их Алексею Петровичу…

Кто знает? Все могло быть. Но факт заключается в том, что брат и сестра действительно получили свободу. Только в таком случае брак Ефросиньи с офицером становится возможным. Только в таком случае брат Ефросиньи Иван Федоров вместе с другими слугами и спутниками Ефросиньи по возвращении в Россию действительно мог в соответствии с приказом Петра быть направлен на «пристойную» службу в Сибирь «для того, что здесь им быть не прилично».

4

Далее у нас на очереди находятся еще те, которые прямо занимались исполнением приказа царя о возвращении сына на родину. Это П.А. Толстой и А.В. Румянцев. Итак, сначала Петр Андреевич.

В 1718 году ему было уже 73 года – возраст по тем временам более чем почтенный. Образцово выполнив свою миссию в деле царевича Алексея, он получил от Повелителя своего значительное приращение имущества и возглавил Тайную канцелярию царя. Кроме того, в день коронации Екатерины Алексеевны, Петр Андреевич получил еще и графский титул. Казалось что перспективы новоявленного графа совершенно блестящи.