Читаем Отельер смерти полностью

Уютно прятавшийся в полумраке холл отеля оказался неожиданно большим. Ориентируясь на обозначенную снаружи на стене границу, Лев ожидал увидеть внутри что-то совсем камерное, но только это помещение было размером, наверное, со всю его квартиру. Он плохо разбирался в стилях интерьера, но тут первым в голову приходило слово «винтаж». Приглушенный желтоватый свет и еле заметный запах то ли сандала, то ли еще каких благовоний сразу создавали странное ощущение тепла и комфорта. Особенно после заснеженной февральской улицы.

Стены помещения напомнили ему перевернутый набок бильярдный стол. Они были покрыты зеленой матовой тканью точно такого же оттенка, который можно встретить только на столах в казино или бильярдных, а их нижняя часть состояла из сплошной полосы потемневших от времени деревянных резных панелей. Шикарному и необычному паркету с узорами из нескольких видов древесины позавидовали бы многие музеи. Судя по стертости половиц, им было никак не менее полувека, но все они были на месте и лежали идеально ровно. Чуть левее вдоль стены располагалась классическая стойка ресепшена из желто-коричневого дуба. Напротив нее, возле небольшого резного журнального столика, стояли два деревянных кресла с полукруглыми спинками и зеленой, в цвет стен, обивкой. По обе стороны от ресепшена были закрытые двери, ведущие во внутренние помещения. Через прозрачные стекла ближайшей Лев разглядел чей-то рабочий кабинет.

Интуитивно он все-таки ожидал здесь почувствовать запах крепкого табака. Уж больно это место напоминало ему типичный английский клуб из советского фильма про Шерлока Холмса. Именно в таких помещениях собирались джентльмены, и вели неспешные беседы, попыхивая трубками или сигарами. Однако эта комната пахла не официально. Как-то даже по-домашнему.

На противоположной от Льва стене находилась точно такая же входная дверь, как и та, через которую он только что вошел. «Наверное это выход во внутренний двор», – подумал он.

Хозяйка почему-то стояла рядом и молча пристально смотрела на его лицо, следя за взглядом. Как только он рассмотрел противоположный вход, она еле заметно улыбнулась и наконец закрыла за ним дверь. Все внешние звуки, доносившиеся с улицы, сразу как отрезало. «Вот это звукоизоляция!» – с завистью подумал Лев. В отеле стояла прямо-таки неприличная для Москвы тишина. Слух не тревожило ни тиканье часов, ни жужжание вентиляторов.

Женщина подняла руку ко рту, и шуршание ткани ее белой блузки было единственным, что нарушило звенящую тишину. Она тяжело и протяжно зевнула.

– Я могу и завтра зайти, если уже поздно, – из вежливости на всякий случай сказал Лев.

– А… нет… – Хозяйка еще раз зевнула и протерла мизинцами уголки глаз. – Извини, просто не проснулась еще. Сколько сейчас?

– Половина одиннадцатого, – растерянно ответил он.

– Черт бы побрал этот общественный транспорт, – загадочно пробормотала женщина. – Да ты, проходи, – и она показала рукой на дверь со стеклянными вставками.

Посреди небольшого кабинета царствовал массивный темный старинный письменный стол, занимая большую его часть. Для людей оставалось два небольших пятачка по сторонам этого монстра. Один был занят огромным кожаным креслом хозяйки кабинета. Второй, где полагалось находиться посетителям, умудрился вместить в себя еще коричневый кожаный диван, журнальный столик с пустым коньячным бокалом и переполненной пепельницей и резной старинный стул, стоящий прямо возле стола. Вот здесь как раз в воздухе пахло старым ароматным табаком, но не сильно. Курили здесь несколько часов назад.

Женщина прошла на свое место и тяжело приземлилась в скрипнувшее кресло. Открыла ящик стола, не глядя достала оттуда лист бумаги и положила его перед Львом. Он невольно обратил внимание на черно-багровый лак на длинных ухоженных ногтях и на большой серо-стальной перстень с непонятными узорами и письменами.

– Это анкета. Заполни пока. Я вернусь минут через пятнадцать.

Хозяйка опять зевнула, прикрыв рот рукой, и на ее запястье сверкнул какими-то замысловатыми подвесками широкий кожаный браслет. Чем-то она напоминала цыганку. Такие же темные глаза, иссиня-черные кудрявые волосы и большой нос с горбинкой. Только кожа была совсем белой, а вовсе не такой смуглой, как у цыган, да и одета хозяйка была слишком скромно. Только необычный маникюр, перстень с браслетом да какой-то амулет, скрывавшийся за вырезом блузки, разрушали внешний образ этакой строгой «классной дамы» с дореволюционных картин.

Женщина вышла, оставив его в кабинете одного. Лев наконец осмелился сесть на стул и поискал глазами ручку. Свою-то из дома он не догадался взять. Тут он похолодел от ужаса. Он же вообще ничего не взял! Фиг с ней, с ручкой. Лев не только не взял пресловутую карточку СНИЛС, которая вроде как нужна при устройстве на работу, он и паспорт забыл из рюкзака вытащить! У него сейчас вообще никаких документов не было. Он обреченно понял, что никакого собеседования не будет. Сейчас у него спросят документы и выставят на улицу. Без данных паспорта даже анкету ведь не заполнишь.