Читаем Отчаянные полностью

Когда он отступил, приблизился Гэвин. Отец Келлана был откровенно растроган. Его глубокие глаза, так похожие на сыновние, горели огнем. Глядя, как Гэвин пытался взять себя в руки, я задумалась, не от него ли унаследовал Келлан свою страстную натуру.

– Я бесконечно рад за вас! Цените это мгновение. Запомните это чувство, потому что так будет не всегда. У вас будут взлеты, будут и падения. – Он рассмеялся. – Вы еще не раз рассердитесь друг на дружку! Но овчинка будет стоить выделки, если вы сумеете это пережить. До кончины жены мне повезло провести с ней много счастливых лет.

Его радостная улыбка сменилась умиротворенной – тоже до жути похожей на улыбку Келлана. Я не могла простить мать Келлана за содеянное, но понимала, что ей было трудно выносить его присутствие – он слишком напоминал своего отца.

Келлан схватил кисть Гэвина обеими руками:

– Спасибо, папа.

Глаза у того расширились. Келлан называл его исключительно по имени. Гэвин просто кивнул, не желая, очевидно, нарушить очарование момента. А может быть, он просто не находил слов. Со мной, во всяком случае, происходило именно это.

Затем внесли стулья: начался прием – традиционный обед в честь Дня благодарения. Свадьба в сей праздник была моей идеей, но я изрядно развеселилась, когда медсестры стали вносить подносы с индейкой, обложенной картофельным пюре с подливкой, клюквенным соусом и фасолью. А вместо свадебного торта был тыквенный пирог. Наверное, тушеная фасоль выглядела в данном случае не лучшим блюдом, но меню не имело значения – важна была только компания.

Гэвин с моим отцом проделали огромную работу по организации обеда. Индейка была нежной и сочной, пюре – густым и маслянистым, а за пирог можно было отдать полжизни. Все ели и праздновали – и нашу свадьбу, и День благодарения. Мама и папа беседовали с Анной и Гриффином, и мама ни на секунду не разлучалась с Гибсон. Гэвин переговаривался то с сыном, то с Карли, которая проявляла повышенный интерес ко всем его репликам. Эван и Дженни ютились сбоку, впритык друг к другу. Рейчел и Мэтт сидели рядом с ними и улыбались. Эбби и Денни о чем-то судачили в углу, а Шайен расспрашивала Хейли и Райли о концерте «Уходя от расплаты». Кейт и Джастин сидели на подоконнике голова к голове, беседуя и флиртуя, – их еда оставалась нетронутой. Келлан ел мало – пару-другую ложек пюре между поцелуями, которые дарил мне украдкой.

Прекрасное завершение прекрасного дня.

Но всему наступает конец, и люди постепенно потянулись на выход. Гэвин, прежде чем удалиться с Хейли и Райли, сердечно обнял Келлана:

– Я уже говорил, сынок, что мой дом всегда открыт для тебя. Может, после турне?

Хейли пнула Келлана по ноге.

– Ты обещал, – напомнила она.

– Будет здорово! – рассмеялся тот. – Мы с Кирой с удовольствием приедем.

Я согласно кивнула, когда он посмотрел на меня. Спокойный отпуск – то, что нужно после безумия последних недель. Гэвин ушел счастливый и довольный. Не уверена, но готова поклясться, что видела, как Карли за дверью написала ему свой номер. Я прыснула: до чего же он был похож на Келлана!

Следующими собрались уходить мои подружки. Дженни, Рейчел, Кейт и Шайен с хихиканьем навалились гуртом сразу и на меня, и на Келлана. Мы утонули в руках, прическах, слезах и смехе. Дженни поцеловала меня в макушку:

– Больше не смейте шариться по больницам! – Она посмотрела на Келлана. – Ни одна, ни другой.

– Похоже, тебе придется рожать в автобусе, – коварно ухмыльнулся Келлан.

Дженни так вытаращилась, что ее глаза едва не выскочили из орбит. Я немедленно шлепнула Келлана по руке:

– Я не беременна! Он прикалывается!

Никто не поверил, и я несколько минут втолковывала им, что никакого ребенка через девять месяцев у меня не будет. Мама грозилась даже тестом на беременность прямо в больнице. Келлан морщился от боли, стараясь не смеяться. И поделом! Скотина.

Наконец Эван и Мэтт оттащили девчонок. В тот момент, когда они принялись подталкивать их к двери, спохватился и Джастин:

– Постойте, ребята, я с вами.

Топазовые глаза Кейт восторженно вспыхнули от перспективы еще немного побыть с ее звездным возлюбленным.

Джастин подошел к кровати и протянул Келлану руку:

– Ты правильно поступил, старина, это здорово. – Когда они обменялись рукопожатием, Джастин посерьезнел. – Вся эта история с Сиенной – полная хрень. Ни словом не упрекну, если ты пошлешь контору подальше.

Келлан ничего не сказал: по-моему, он еще не решил, как поступить. Приняв его молчание за ответ, Джастин улыбнулся:

– В следующем туре, раз уж «Чудилы» собирают стадионы, мы будем выступать у вас на разогреве. – Он указал на Дикона и «Крутой поворот», покидавших палату заодно с участниками «Уходя от расплаты». – Обе группы.

– Я буду только рад, – усмехнулся Келлан, – но вряд ли мы в ближайшее время будем собирать стадионы.

Джастин рассмеялся и взъерошил свою буйную шевелюру:

– Уверен? «Чудилы» на пике славы. По-моему, в ближайшее время вам не собрать ничего, кроме стадионов.

– Ага, будем стараться, – ответил Келлан, покачав головой.