Читаем Отчаянные полностью

– Обязан, – прошептала я, не в силах представить жизнь без Келлана.

Пообещав Денни позвонить сразу, как только узнаю новости, я отключилась. Мэтт подошел, когда я убирала мобильник в сумочку.

– Кира, я безумно рад, что ты цела. В жизни не видел такой жути.

Я кивнула и шагнула к нему. Он с такой силой сжимал телефон, что побелели пальцы. Я накрыла их ладонью, чтобы он расслабился.

– Кому ты звонил?

Он посмотрел поверх моего плеча, на двери:

– Родителям, Рейчел… – Когда Мэтт снова взглянул на меня, его светлые глаза блестели. – Я боюсь туда входить, – прошептал он.

– Я тоже. – Успешно освободив его мобильник, я взяла Мэтта за руку и угодила в тиски: он вцепился так, будто я была ему единственной опорой. – Мы вместе войдем, хорошо?

Мэтт кивнул, похожий на маленького мальчика, который заблудился и наконец нашел человека, согласного отвести его домой. Мы вошли в больницу, готовые ждать вестей о судьбе Келлана.

В приемном отделении томились ожиданием Дикон с ребятами из «Крутого поворота», а также Командирша Тори и кое-кто из экипажа. Все они были встревожены не меньше нас. Когда наша компания устроилась с комфортом, я позвонила всем, кому только можно: Дженни, Шайен, Кейт, родителям, отцу Келлана. Большинство уже слышало новости, но разговоры с ними хоть сколько-то отвлекли меня от волнений.

Как только список был исчерпан, Анна отвела меня в туалет умыться, так как я все еще оставалась в крови. Она ополоснула мне лицо и руки, выдала футболку с длинным рукавом – для беременных, слишком просторную, но та успешно скрыла следы крови у меня на груди. Все еще переполненная эмоциями, Анна поцеловала мою головную повязку:

– Чтобы я больше никогда не видела бинтов у тебя на башке!

– Не возражаю, – кивнула я, глянув в зеркало.

– Как же я рада, что ты жива и здорова!

Уже не сдерживаясь, она закрыла лицо руками. Я не стала мешать и обняла ее, понимая, что ей нужно выплакаться, однако сама рыдать не стала. В этом не было надобности. Келлан выкарабкается.

Когда мы вернулись в вестибюль, я обратила внимание на людей, которые таращились из окон, показывали куда-то пальцами и перешептывались. То, что их привлекло, меня не особенно интересовало, мне нужны были лишь новости о Келлане. Но Дикон был среди них и подозвал меня:

– Кира, ты должна это видеть.

Оцепеневшая, больная, усталая и опустошенная, я поплелась к окнам, где собрались люди, и выглянула, не зная, чего ожидать. Время приближалось к обеду, и на противоположной стороне улицы возле низкой стены у парковки стояла группа людей. Казалось, что у них пикник. Странно. Я собралась спросить, что в этом такого, когда заметила футболки под куртками – исключительно «чудиловские». А в темных кружках, которые люди держали, выстроившись на тротуаре в ряд, были вовсе не напитки, а маленькие свечки, благодаря которым кружки весело светились в этот безрадостный день. Я растаяла, видя, сколь многим был дорог Келлан. Он не поверил бы, скажи ему кто-нибудь.

Ответ я знала, но спросить пришлось все равно:

– Они пришли из-за Келлана?

– Да, – улыбнулся Дикон, взирая на прибывавшую толпу.

Меня затопило тепло при виде этого бдения. Я почти ощущала, как струилась целительная позитивная энергия. Келлан должен был лицезреть это. Пусть убедится, как сильно его любят и как о нем пекутся.

– Миссис Кайл?

Я обернулась и увидела женщину с фонендоскопом на шее. С бесстрастным лицом она вглядывалась в каждого присутствовавшего. Я не понимала, что означало ее выражение. Келлана осматривал другой врач. Я не знала ни кем она была, ни чего хотела. Бумаги для нас с Келланом я уже заполнила с медсестрой, а значит, она явилась сообщить мне, жив Келлан или нет. Неужели трудно улыбнуться, подать хоть тень надежды? Меня всю сковало. Не вздохнуть. Шагнув к ней, я кивнула и подняла руку – это все, что я могла сделать.

– Ваш муж прооперирован, – спокойно произнесла она, приблизившись ко мне. – Все прошло хорошо, и он, если хотите его увидеть, переведен в палату наверху.

Колени мои подогнулись, но Дикон поймал меня.

– Он в порядке? Вы уверены, что с ним все хорошо? – выдавила я.

Врач наконец улыбнулась:

– У него был разрыв селезенки, это очень опасно, но мы с коллегой сумели ее зашить и спасти. Кроме того, у него ушиб тазобедренного сустава и перелом нескольких ребер. Восстанавливаться долго, но ему очень повезло. Я видела случаи намного хуже. Он должен пробыть здесь несколько дней во избежание осложнений, и ему нужен покой…

Она все говорила, но я не разбирала ни слова. Он был жив.

Компания ожидавших потянулась наверх. У сестринского поста нас остановила высокая женщина с волосами, забранными в тугой пучок.

– Вы к кому? – осведомилась она, озирая пестрое общество[27].

Я оглянулась на музыкантов и техников. Не знаю уж, за кого она нас приняла.

– К мужу, Келлану Кайлу, – ответила я дрожащим, взволнованным голосом.

Она чуть улыбнулась: знакомое имя.

– О да, он еще только приходит в себя, так что кто-то один…

Не дав ей закончить, я шагнула вперед:

– Пожалуйста, мне нужно к мужу.