Читаем Отбитая. Том 2 полностью

— Злюсь. На Тимура. Когда ему становится скучно, он куда-то вляпывается, в прошлый раз он сел на два с половиной года и повесил на меня свой бизнес. То, что я после такого рабочего опыта вообще общаюсь с мужчинами, это заслуга моего психотерапевта. Мне вот сейчас только Тимуркиного нового перфоманса не хватает для полного счастья.

— Ты работала мамкой в борделе?

— Управляющей, мамки были подо мной.

— Когда успела только?

— Пока в Питере жила.

— А муж-то знал, чем ты занимаешься в свободное время?

Катя повернулась к нему, взглянула точеный профиль Вадима с прямым носом и волевым подбородком, как всегда сжатая до предела челюсть, когда он злился. Хотелось сказать что-то едкое, но вспомнив, свой косяк, Катя закусила губу. Злится на неё — имеет право. Долго он ещё будет злиться?

— Бывший муж, Вадим. Он знал. Мы втроём дружили со школы, Тимуру надо было помочь, я помогла.

— Дружили со школы, значит? — хмыкнул Вадим. — Муж ушёл, друг остался и занял его место?

— Я ушла. Мы с Тимуром поженились потому что так надо было.

— Да, я слышал от тебя эту прохладную историю, про визы. А на самом деле что?

Она вовремя остановила себя и прикусила губу, он её ревнует, в последнее время чаще обычного, наверное, его сильно задело, что она отказалась с ним жить. Но он ничего не сказал, обещал не торопить. Может думает, что она хочет жить с кем-то другим, а с ним просто проводит время?

— Вадим, я тебе уже говорила, что люди, с которыми я общаюсь и поддерживаю дружбу, появились в ней не просто так. Они мне дороги!

— Да, Катя, я слышал про друзей твоих — стриптизерша, хозяин борделя, его брат-дядя, который голыми руками человека убил, как я слышал, даже моя бывшая подстилка затесалась среди твоих друзей, — вздохнул он, не поворачивая головы. — С Алисой вы теперь тоже подружки? Слышала про яблочко от яблоньки? Она дочь Юли! И всегда ею будет. Куда тебя тянет вечно, а, Отбитая? На дно какое-то.

— Ближе всех в последние полгода я общаюсь с тобой. Это я дна уже достигла или, по твоему высокому мнению о самом себе, я расту над собой? Чего ты хочешь от меня, Вадим? Чтобы я порвала все свои дружеские и приятельские связи с теми, кого ты считаешь дном?

— Я не хочу, Катя, чтобы с тобой что-то случилось из-за твоих «друзей». Вот и всё.

— Но так случалось и ещё случится! — с надрывом в голосе сказала она. — Потому что ради помощи тем, кто тебе дорог, ты готов на всё! Ты разве не знаешь?

— А они тебе помогут, если что? Об этом ты не думала? Ты, Катя, как мать Тереза. Поможешь, утешишь, решишь все их проблемы, но стоит тебе отказаться или попросить о помощи в ответ, сколько из твоих «друзей» сольются? Ты об этом подумала?

— Думала и думаю! И они сливаются! У меня их немного — Никита и Тимур в Питере, здесь Тася с Полиной, жена моего брата, Шпуля. У меня полно знакомых и приятелей, но круг друзей совсем небольшой и он давно не менялся. Недавно в него затесался Виталик, Игорь, Макс с Павликом. Их я тоже могу назвать друзьями. Я думаю, что тебя, Вадим, в прошлом много предавали, поэтому ты в искреннюю дружбу не веришь. Поэтому всех держишь на расстоянии. Других близких друзей кроме Игоря у тебя нет, так ведь?

— Ты мне не друг?

— Какой ты мне друг? Я с друзьями не сплю! Это очень важный принцип межполовой дружбы!

— А кто я тебе?

— Ты мой Великан! — улыбнулась Катя и протянула к нему руки, обнимая за шею.

Они уже несколько минут стояли около её дома, продолжая бессмысленный спор о дружбе. Катя прижалась к его губам своими и несколько раз чмокнула, его руки тут же потянулись к ней, оставляя все недопонимания за кругом их объятий. Она подумала, что она погасила его очередную вспышку ревности, которые в последнее время стали слишком частыми.

Ночью, задыхаясь от тяжести Великана на себе, Катя думала о другом, что секс за деньги с женщиной это не про секс вовсе. Это про абсолютную власть мужчины над женщиной. Она не имеет право сказать «нет», не имеет право возразить или сказать что-то нелицеприятное: «Ты извращенец!», «Мне больно!», «Я тебя не хочу!». Поэтому мужчины так на него подсаживаются.

Вадим, подгоняемый пламенем ревности к мужчинам в её жизни, бывшим и тем, с кем она близко общается, в данный момент будто доказывал ей, что власть над ней всё же у него в руках, как и она сама. Катя стояла на коленях в своей спальне у кровати лицом в постель, руки перетянуты ремнём на пояснице, его рука на её затылке то приподнимала её голову вверх, то слегка придавливала к кровати. Надави он сильнее и она начнёт задыхаться. Лучше давать выход его ревности так, чем бесконечно оправдываться и что-то доказывать.

* * *

Настоящие дни