Читаем Остров Теней полностью

За оружием следил Синай и Кира из Браства Козерога. Анагон рвалась сама покопаться в игрушках, но Вульгус настаивал на том, чтобы она еще немного отдохнула.

– Ты успеешь еще послужить этой миссии. Пока отдыхай.

Однажды вечером, день на четвертый или пятый, Венус предложила остальным собраться вокруг костра и поговорить о чем-то, кроме работы.

– Иначе у меня взорвется голова! – выдохнула Венус, усаживаясь на землю. Рядом села Аврора и уложила голову на колени подруге. Огонь тихо потрескивал – Анагон протянула к нему руки, будто грела. На самом же деле пламя плясало, повинуясь движению ее пальцев. Возле Правительницы Вульгус что-то тихо перебирал на гитаре. Инвер в волчьем облике лег поодаль, так, чтобы слышать все, что происходит у костра, но не показывая особой заинтересованности. Карьян притащил с собой упирающегося Рейгара. Тенью за ним следовала Аннаэль. Когда все расселись, слово взял непонятно откуда взявшийся Синай и, с согласия Анагон, рассказал легенду об Огненном Скитальце. После него Венус рассказала об Айлин и ее возлюбленном. Аврора иногда добавляла пугающих подробностей. Синай тут же зацепился за это и начал о чем-то расспрашивать пуму. Скоро воины отсели от остальных и завели свой разговор. Вульгус спел песню своего народа. Слов, конечно, никто не понял, да и сам крылатый не знал их перевода, но все согласились, что песня очень трогательная. Легат дождался, пока отзвучать аплодисменты, и обратился к Карьяну.

– Думаю, тебе есть что рассказать.

– О да! Лучше спросите о чем-то конкретном, а то вещать я могу всю ночь.

– Русалки правда существуют?

– Да, к сожалению, – усмехнулся воин. – Лучше нам с ними не сталкиваться. Эти хищники могут прогрызть днище корабля в десять минут.

– А летучие рыбы? С ними тоже что-нибудь не так?

– Нет, эти прекрасны. Уверен, мы увидим их.

– То есть русалки – это самое страшное, с чем мы можем столкнуться?

Лицо воина помрачнело.

– Нет. Море таит в себе много жути. Благо, почти для всего у меня найдется средство.

– Почти?

– Почти. С некоторыми вещами могут справиться лишь Владыки. Так, как с Безумием Кин. Многие считают, что это всего лишь легенда. Но я разговаривал с выжившими, и у меня нет причин не верить им.

– Что такое Безумие Кин?

– Самый страшный шторм, какой вы можете себе представить. От него невозможно скрыться. Если Владычица выбрала твой корабль – будь уверен, она утащит его на дно.

– А как же бороться с ним?

– Так же, как боролись ее братья и сестра, когда на Кин напало безумие. Любовью.

– Очень размытая инструкция.

– Потому и выживших после этого шторма почти нет.

– Хватит об ужасах! – прервала его Венус. – Давайте я расскажу вам, какое представление устроили мне ребята перед отправлением.

Несмотря на то, что просидели воины почти до рассвета, на следующий день, и на следующий, и еще несколько дней их ждала тяжелая работа.

Наконец, все было готово. Провизии должно было хватить на два месяца плавания, доспехи и оружие имелись в полуторном количестве. На это ушла значительная часть казны Севера и Востока. По словам Кивара, Юг тоже обеднел. Запад предпочел участвовать в плавании провиантом и преуспел в этом. Второго числа Месяца Уходящего Лета началась посадка на корабли. С полудня до полуночи на пристани кричали, ругались, путались, менялись. Карьян, которого даже потряхивало от возбуждения, носился взад и вперед по пристани, пытаясь успеть все. Со стороны казалось, что он запомнил по именам всех матросов и со всеми уже успел стать чуть ли не сводными братьями.

Аннаэль округлилась еще больше, разленилась ходить, и потому Анагон, которую Вульгус исправно каждый день доводил до пристани, но тут сажал в тень и не разрешал ничего делать (да и не было у той сил) была вынуждена терпеть ее общество. Одно удивляло кошку: когда за Аннаэль приходил Рейгар, то смотрел воин не на свою невесту.

К началу третьего августа сборы были закончены. На берегу остались лишь те, кто должен был плыть на центральном корабле – Карьян, Избранные, кое-кто из свиты и четверо бывалых матросов, отобранных пиратом.

Они стояли у трапа и никак не решались зайти.

– Наступим ли мы еще хоть раз на эту землю?

– Или будем в ней похоронены?

– Прекрати!

– Ну, если будет кому хоронить, – уже хорошо.

– Такие вы оптимисты!

– Пора заходить.

– Первой на корабль пускают кошку.

– А не в дом? – усмехнулась Анагон и несмело двинулась вперед. Прежде чем оторвать вторую ногу от земли, она помолилась. Следом поднялся Карьян. Тот, казалось, был абсолютно спокоен.

– Каждый выход в море ты не знаешь вернешься или нет. Так что сегодняшний ничем не отличается.