Читаем Остров Мертвецов полностью

Мой пульс ускорился от его слов, потому что он явно не смирился с тем предательством, и он буквально только что обвинил меня в том, что я что-то значу для всех моих мальчиков, сказав при этом, что Фокс любит меня. Неужели он думал, что я причиню боль его сыну так же, как пострадал он сам? Но с нами все было не так. Я не знала, как это объяснить, но это было не так.

— Я, конечно, узнал, — продолжил Лютер. — И я сказал ей выбирать. Я и Фокс или он. Я сказал ей, что если она выберет моего брата, то они должны будут уйти той же ночью и никогда не возвращаться. Или она может выбрать меня, и тогда я вместо нее изгоню Дика. Вот и все. Все просто.

— И они ушли? — Спросила я, и мое сердце сжалось от боли за Фокса, когда я поняла, что его мама предпочла жизнь с другим мужчиной своему собственному сыну. Но Лютер покачал головой, его взгляд потемнел, и у меня возникло ощущение, что все было гораздо хуже.

— Оказывается, Дик всего лишь хотел попробовать то, что принадлежало мне. Он наслаждался острыми ощущениями от того, что трахал мою женщину, но у него не было намерения быть с ней. Для него все это было просто игрой. Со своей бандой я стал более могущественным в Сансет-Коув, чем он, и, хотя я предложил ему место рядом со мной, ему не понравилось, что его младший брат претендовал на большую власть, чем у была него. Поэтому он решил, что сможет отнять у меня часть власти, трахнув Адриану. Но когда она пришла к нему и сказала, что он должен уйти и что она хочет остаться со мной, ему это не понравилось. И я думаю, он решил, что она — проблема между нами, и взял на себя инициативу избавиться от нее.

Я прикусила нижнюю губу, чувствуя, как мое сердце болит за Фокса, и попыталась отрицать правду о том, что говорил Лютер.

— Она позвонила мне и сказала, что любит меня, — сказал он. — Она сказала, что сожалеет и собирается сказать Дику, чтобы он ушел. Но когда я не получил от нее ответа в течение нескольких часов, я пошел ее искать. Неважно, сколько крови я пролил за годы, прошедшие с того дня, клянусь, я никогда не видел столько, сколько было в той комнате.

— Дик убил ее? — Я выдохнула, и Лютер кивнул, его глаза были затравленными, когда он вспоминал тот момент.

— Он стоял там, весь в крови, ее тело все еще лежало под ним, и он повернулся ко мне с гребаной улыбкой. Сказал, что дело сделано и что нам не нужно беспокоиться о том, что эта сука снова встанет между нами. Я всадил две пули ему в грудь и одну между глаз. В моего собственного брата. В мужчину, в которого я верил, что он будет рядом со мной в трудную минуту, несмотря ни на что. Но такова была цена того, что мы хотели одну и ту же женщину.

— Мне жаль, — прошептала я, чувствуя, как ему больно из-за этого даже спустя столько лет. Он так много потерял, и я видела, что его сердце так и не исцелилось от этого, независимо от того, сколько времени прошло с тех пор.

Он выдохнул, сделал большой глоток из своей банки, а затем откинулся на спинку стула, с интересом разглядывая меня.

— Итак, я полагаю, теперь ты понимаешь, почему десять лет назад я считал, что отослать тебя было лучшим решением? Я видел, как мои мальчики смотрят на тебя, как жаждут тебя, и я видел, что все это так или иначе закончится слезами. Я не хотел этого для своих мальчиков. Я хотел, чтобы они были вместе, единым целым, несокрушимыми. Но десять лет назад они все сломались. Не было ни одной вещи, которую я мог бы сделать, ни плана, который я мог бы составить, который имел бы хоть какую-то надежду объединить их. Или, по крайней мере, не было — пока ты не вернулась.

— Я?

— Им следовало бы совсем забыть о тебе — извини за грубость, милая, но мальчики-подростки жаждут киски, и я предположил, что, как только они забудут о твоей, они переключатся на другую. Что каждый найдет себе девушку по душе и забудет о тебе. Но они так не поступили, правда?

— Когда-то мы впятером были чем-то особенным, — сказала я, водя большим пальцем вверх-вниз по банке с лимонадом в моей руке. — Я не знаю, кто мы друг другу сейчас, но эта связь… она все еще есть.

Лютер кивнул. — Тогда, я думаю, мы можем прийти к новому соглашению. Я хочу, чтобы ты помогла мне воссоединить мою семью. Фокс и Маверик слишком, блядь, долго находятся в ссоре, а я хочу, чтобы мои мальчики снова были в гармонии друг с другом.

— В ссоре? Маверик презирает их, особенно тебя. Он буквально жаждет твоей смерти и…

Лютер пренебрежительно махнул рукой, и я выгнула бровь. — У этого парня всегда была горячая голова. Он закатывает истерику, когда что-то идет не так, как ему хочется, и выходит из себя. Он просто взбешен, потому что я помешал ему последовать за тобой десять лет назад, но теперь ты вернулась. Так что ему нужно перестать выплевывать пустышку, как младенцу, и вернуться домой.

— Он создал конкурирующую банду, — сказала я, не веря своим ушам, и Лютер усмехнулся.