Читаем Остров лебедей полностью

Внизу, прямо под Стефаном, — дверь, из нее, шагая по-военному, выходит пожарник, за ним — комендант дома Бремер. Пожарник в офицерском звании, может быть даже капитан, а вышедший за ним комендант — самый важный человек во всем огромном доме. Лицо у него сейчас такое грозное, как будто он уже все знает. Он достал ручку и что-то записал в голубую тетрадь, которую ему раскрытой подал пожарник. И сразу — хлопают дверцы машин, и оба красных слона, покачиваясь, отчаливают. А джип с капитаном, будто маленькая собачонка, — за ними. Облако пыли — и все, комендант Бремер стоит один-одинешенек.

Он средних лет, худой блондин, скорей небольшого роста, однако люди говорят, будто он очень сильный. Сейчас он смотрит на детишек, которые носятся перед ним, играют. Бремер подзывает одного из мальчишек. Мальчик остановился, но не подходит. Комендант что-то спрашивает его. Пожав плечами, мальчишка убегает.

И снова Бремер один, смотрит на детей, оглядывается, смотрит наверх как раз в том направлении, где Стефан высунул голову над балконными перилами. Медленно он отодвигается вглубь, но комендант уже кричит:

— Погоди-ка, дружок!

Стефан и не думает ждать. Прошмыгнув через дверь на лестничную площадку, он быстро поднимается на несколько пролетов, затем идет уже медленно, прислушиваясь, не преследует ли его комендант.

Ступени все влажные, некоторые даже мокрые, и чем выше — тем мокрей. Еще выше — на ступеньках уже вода. Жители дома собирают воду тряпками и, подставив ведро, отжимают.

Стефан шагает по ступеням между людьми. Делает он это осторожно, веселых лиц тут нет, а сердитые есть, особенно у мужчин.

«Если б они знали! — думает Стефан. — Если б знали и кто-нибудь вдруг бросился на меня, закричал: «Вон он, вон он бежит! Попался, дружок!» Что б тогда было?» Не хочет Стефан отвечать на этот вопрос. Перескакивая сразу две-три ступеньки, он поднимается все выше и выше, а с ним и его нечистая совесть. Ему-то кажется — никогда не кончатся эти мокрые ступени!

Но они все же кончаются, и как раз немного не доходя до десятого этажа, где все и случилось… Гидрант на месте, будто ничего и не произошло. Но Стефану почему-то кажется, что на нем прямо написано, кто его совсем недавно откручивал. Нет, ничего на нем не написано! Кран крепко закрыт, и закрутил его Герман, отец Стефана.

Выше — все ступени уже сухие, Стефан поднимается быстрей. На лестнице никого нет — все остались внизу.

Последние несколько ступенек. Квартира 14/6. Слева от двери в черной рамке имя квартиросъемщика: Герман Кольбе.

Стефан позвонил и ждет: слышно, как за дверью топают маленькие ножки Сабины. Стефан обрадовался — будет легче в дом войти.

— Это ты?

— Как дела? — спрашивает Стефан.

Позади него щелкает замок, Сабина прыгает вокруг. Слева — большая комната, столовая. Дверь с матовым стеклом чуть приоткрыта. Стефан проходит мимо, а Сабина все скачет и скачет. Из комнаты доносится голос матери:

— Кто пришел, Сабина?

— Стефан, — отвечает она.

А Стефан, пройдя мимо двери:

— Привет, мам! — Еще два шага, и он в своей комнате. — Отстань, — отмахивается он от Сабины.

Перед широким окном парят чайки. Небо спокойно, и в комнате тоже тихо и спокойно. Стефану здесь хорошо. Стены крепкие, бетонные. На обоях веселые медальончики…

Стефан садится за полированный белый стол. Письмо к Тассо лежит недописанное. Рядом шариковая ручка — все как было.

Стефан взял ручку, повертел, нажал на кнопку — писать он не собирается, просто так посидеть хочет, ни о чем не думая. Ни о чем…

Опять эта Сабина! Стоит в дверях позади него и говорит:

— По телевидению зайца Ицеплица показывают. Ты пойдешь смотреть?

— Сегодня не пойду.

— А он шляпу будет показывать.

— Чего он со шляпой будет делать?

— Вертеть будет.

— Нет, мне письмо дописать надо.

Сабины уже нет, но дверь открыта, и Стефан злится на Сабину. Не проходит и пяти секунд — она снова тут.

— Иди, — говорит она.

— Я письмо пишу.

— Мама тебя зовет.

— Но я же письмо пишу. Ты что — оглохла?

Сабина стоит вытянувшись как оловянный солдатик. Стоит — и ни с места. Значит, не уйдет. Не уйдет до тех пор, пока они вместе не пойдут к матери. Лучше уж сразу идти.

Отец все еще лежит на диване, время от времени отрывается от газеты и смотрит телевизор — что это там заяц Ицеплиц вытворяет. Мать на кухне моет посуду, судя по звукам — только чашки. Увидев Стефана, она открывает морозильник, достает мисочку с мороженым. Малиновое со взбитыми сливками.

— Это тебе! — говорит она. У мамы темно-карие глаза, волосы черные и такие, что всегда кажется — она только что причесалась.

— Малиновое… — говорит Стефан, берет мисочку, мешает ложечкой.

Сабина, вытянув шею, смотрит на него.

— Ты свою порцию уже получила, — говорит мать.

— Я и не хочу больше…

— Конечно, нет, — говорит отец, а так как все улыбаются, Сабина надула губки и ладошкой хлопает по газете, за которой прячется отец. Он тут же хватает Сабину. Все громко смеются. Сабина хочет вырваться и очень сердится. Косички почти горизонтально торчат в разные стороны.