Хюльда удивилась – она не ожидала, что у Дагура такая профессия. Для этого он казался ей слишком молодым. Торговля ценными бумагами, несомненно, подразумевает операции с крупными денежными суммами – в общем, работа не для юнцов. А здесь, на этом богом забытом острове, Дагур создавал впечатление беззащитного и растерянного человека, совсем не соответствующего представлению Хюльды о том, каким должен быть биржевой брокер: достаточно молодой, но не настолько, мужчина, в пиджаке и галстуке, который на сто процентов уверен в себе.

Мысли Хюльды невольно перенеслись к ее покойному мужу Йоуну. Он занимался инвестициями, но Хюльда никогда не вникала в суть его работы. В те времена инвестиционных банков и в помине не было, существовали лишь старые государственные банки да кредитные кассы. Будь Йоун одного поколения с Дагуром, он бы наверняка тоже стал биржевым брокером. Самоуверенности ему было не занимать.

– А ваш друг, Бенедикт, тоже работает в банковской сфере?

– Ну что вы. Он бы этим никогда не стал заниматься. Он… ну, в общем… у него компьютерная фирма.

– Компьютерная фирма? Я еще не такая старая, но должна признать, что так и не поняла, в чем конкретно заключается деятельность этих компьютерных фирм.

Дагур улыбнулся:

– В банках это пользуется громадным спросом. Каждый мечтает владеть акциями таких компаний.

– Только не я, – пробормотала Хюльда себе под нос. Накоплений у нее было кот наплакал, и ей бы и в голову не пришло рисковать ими на бирже. Потом она продолжила: – А Александра?

– Она работает на ферме.

Необычная работа для молодой женщины, хотела сказать Хюльда, но вовремя сдержалась: таким образом она поставила бы себя в один ряд со всеми теми мужчинами, которые говорили то же самое и о ней, когда она делала свои первые шаги в полиции.

– Где?

– Что, простите?

– Где она работает на ферме?

– Где-то на востоке страны, – ответил Дагур. – У нее муж и дети. Честно говоря, мы с ней тесной связи не поддерживаем.

– И все же… – начала Хюльда и сделала секундную паузу, наблюдая за реакцией Дагура. – И все же вы приехали сюда, едва ли не на край света, и собирались провести вместе целые выходные. Вчетвером.

Наступила тишина. Дагур смущенно кивнул, не отводя глаз от моря.

– Мне это кажется немного странным, Дагур, – твердо сказала Хюльда, стараясь все же не забывать, что ее собеседник пережил сильный шок, потеряв свою подругу в таких ужасных обстоятельствах.

– Ну да, да… я понимаю…

– Значит, никакого особого повода собраться у вас не было? Может, вы что-то отмечали?

– Нет, ничего, – ответил он чересчур поспешно.

– Может, вы знакомы лучше, чем кажется?

– А?.. Ну, мы хорошо знакомы, я же вам говорил.

– Но не встречались?

– Нет, в последние годы нет. Мы были хорошо знакомы – вероятно, так правильнее. Хотя старая дружба жива.

– Действительно… – сказала Хюльда задумчиво.

У нее были подружки в начальной школе, но тесных отношений между ними не сложилось. Оглядываясь назад, она уверилась в том, что причина крылась в скромном достатке ее семьи. Они с мамой, бабушкой и дедушкой ютились вчетвером в малюсенькой квартире, и им вечно всего не хватало. Обновки и красивые игрушки она видела только у других детей. Лишь спустя годы она осознала: предвзятое отношение к ней учителей тоже было следствием того, что она росла в бедной семье. В довершение всего ее мать работала с утра до ночи, чтобы хоть как-то свести концы с концами, так что они с дочерью, по сути, оставались чужими людьми. Своего деда она знала гораздо лучше, чем мать. К тому времени как Хюльда поступила в среднюю школу, она окончательно убедилась, что популярности среди своих одноклассников ей не видать, и перестала набиваться к ним в друзья. Она была осмотрительна и держалась особняком, заводя себе знакомых, но не друзей. История повторилась и в старших классах. Девочек было немного, и они сбились в свою компанию, но Хюльду в нее так и не приняли. Однако она продолжала регулярно с ними встречаться, а иногда приглашала к себе в гости на кофе или на ужин. Но все это сошло на нет, когда она познакомилась с Йоуном. Он был невысокого мнения о бывших одноклассницах Хюльды, да и вообще никаких компаний не любил, так что постепенно в их доме перестали появляться гости. Они проводили все вечера и выходные втроем – Хюльда, Йоун и Димма. И поначалу Хюльде это нравилось. Лишь в дальнейшем она стала замечать, что что-то идет не так…

– Когда мы сможем поехать домой? – произнес Дагур, вернув Хюльду к реальности.

– Скоро, – ответила она.

– Прямо домой… или…

– На паром мы уже не успели, так что разместим вас на Хеймаэй. Возможно, нам придется опросить вас поподробнее.

– Зачем? Разве и так не все понятно?

– Будем надеяться, – сказала Хюльда, искренне того желая.

27

Было очевидно, что состояние Александры не располагает к разговору с полицией, но при всем к ней сочувствии Хюльда была обязана ее допросить. Крайне важным было понаблюдать за первоначальной реакцией этой троицы на случившееся, чтобы определиться, имеет ли смысл проводить дальнейшее расследование.