Читаем Остров полностью

Как угодили сюда эти двое несчастных, мне было безразлично, скорее всего, их тоже напоили, как и меня, вербовщики, присмотрев заранее, привезли в этот подвал к Сильверу и теперь ждут транспорт, чтобы отвезти «товар» в порт. Чистый виски такого бы эффекта не дал, да и не так много я выпил – в спиртное явно что-то подмешали, вот потому пойло и вырубило меня. Возможно, то же самое отведали и эти двое, что лежали рядом на полу. Нас, попросту говоря, зашанхаили те люди, что сейчас сидели за столом рядом с Сильвером и играли в карты. Подписанием вербовочного контракта они, похоже, утруждать себя не собирались – какие контракты, когда целые города уходят под воду и пропадают навсегда, что тут говорить о людях… Я просто сгину в море, вот и все, и мать никогда не узнает об этом.

Лысый выругался сквозь зубы, вскочил со стула и швырнул карту на стол. Сильвер без улыбки, совершенно спокойно взял со стола деньги, сгреб карты и теперь тасовал их в длинных пальцах.

– Да ладно тебе, – без насмешки, даже участливо, как мне показалось, сказал он, – давай еще партию.

– Без меня, – сразу отказался лысый. Он даже стул переставил к стене, отодвинулся подальше от стола, сел на него верхом и уткнулся лбом в ладони.

– Давай, – прогудел Дэрк, – сдавай.

И кинул на стол одну купюру. Сильвер бросил сверху свою, потом развернул колоду веером, полюбовался на нее, вытащил две карты, показал их верзиле и положил на стол вверх рубашкой. Дэрк теперь сидел напротив Сильвера, а лысый убрался подальше в темный угол и оттуда следил за игрой. Внимательно следил, не сводил с Сильвера глаз, точно он мог смухлевать, следил за каждым его движением. А Сильвер точно нехотя достал из кармана куртки тот самый плоский, похожий на монету предмет и снова крутанул его, поставив ребром на ближайшую к себе карту.

«Монета», или что это было на самом деле, тяжело повернулась несколько раз вокруг своей оси и застыла в таком положении, не спеша падать. Постояла неподвижно несколько мгновений и вдруг поползла вперед, не покатилась, а именно поползла, как ползет моллюск с тяжелой раковиной на спине.

Я прищурился, стараясь получше разглядеть вещицу. Ну да, так и есть: ракушка, только не обычная – конус или раковина мидии – а сплюснутая с обеих сторон то ли давлением на глубине, то ли чем-то еще. Весь вид диковинной ракушки говорил сам за себя – и ее переливы, будто она из металла или из стекла, и ее неживой завораживающий блеск: она не принадлежала миру людей, но все же каким-то образом угодила к ним в руки. Безобидная, неопасная, она стала игрушкой или чем-то вроде того – красивой, забавной и даже изысканной. Я разглядел и изгибы спирали на матовом лунно-сером корпусе, и крохотные огоньки, мелькнувшие у основания раковины: судя по всему, моллюск был еще жив, если существо из чужого мира можно назвать живым. Сильвер прихлопнул ее ладонью, его сомкнутые пальцы озарила синеватая вспышка – быстрая, резкая, точно лампочка перегорела. Полыхнула и погасла. Сильвер щелчком отправил ракушку Дэрку, тот сцапал ее и с силой крутанул на своей карте.

Пять или шесть оборотов, хлопок ладонью, вспышка – ракушка отлетает на край стола, Сильвер и Дэрк смотрят друг на друга. Один равнодушно, даже с сонным или уставшим видом, второй – со сдерживаемым пока бешенством и нетерпением.

– Давай, – протянул Сильвер, – вскрывайся.

– После тебя, – пробурчал верзила, глядя на карту Сильвера, – ты первый.

– Да на здоровье.

Сильвер перевернул карту и небрежно кинул ее Дэрку, тот вытянул шею, глянул на стол и сказал:

– У меня туз, у тебя двойка. Ты продул.

Он осклабился во всю пасть с желтыми зубами, схватил со стола купюры, затолкал себе в карман джинсов и потребовал:

– Еще разок. Или передумал?

Сильвер вместо ответа накрыл ладонями обе карты, повертел их на столе, как наперсточник, перевернул и положил обратно. Потянулся, было, к ракушке, но Дэрк опередил его, схватил первым. И первым же крутанул так, что карта и ракушка едва не свалились на пол. В последний момент верзила грохнул по ракушке ладонью, и вспышка была слабее прежней, точно моллюску не хватало воздуха, или наоборот – морской воды. Щелчок – ракушка летит к Сильверу, тот подхватывает ее, ставит на ребро и после пары-тройки оборотов накрывает ладонью. Свечение, такое же неяркое, но быстрое, пауза – и оба игрока открывают карты.

Такой игры мне раньше видеть не доводилось – наши постояльцы предпочитали старый добрый покер или что попроще, об этакой забаве в наших краях и не слыхали. То ли ничего подобного этой ракушке в море нашим постояльцам не попадалось, то ли игра только вошла в моду и до нашей глуши докатится нескоро. Правила, похоже, были просты: моллюск с удивительной ракушкой каким-то образом менял достоинство карты, повышая или понимая ее по желанию игрока или оставляя такой, как есть. Победа или поражение определялись по принципу – двойка бьет туза, но проигрывает джокеру и так далее, типа как в игре «камень-ножницы-бумага». Впрочем, сейчас правила этой игры волновали меня меньше всего.

– Черт, – рычал Дэрк, – черт тебя подери, Сильва, ты выиграл.