Читаем Остров полностью

Братишка отпилил приклад автомата. Потом взялся пилить кожух, закрывающий ствол. Он работал долго, вспотел, натер мозоль, но все же обрезал кожух на две трети его длины – так, что осталось только на хват руки. Потом он раскрыл маленький напильник и отпилил заусенцы. Потом Саша взял дисковый магазин, присоединил к автомату. Он полюбовался своей работой, сказал:

– Славная поливалка.

Обрез выглядел довольно уродливо, но убедительно. Кроме того, ППШ стал значительно короче, что делало его пригодным для переноски под одеждой.

Дервиш посмотрел на изувеченную правую руку Александра, подумал: как же он стрелять-то будет?.. Братишка перехватил взгляд Дервиша, сказал:

– Не беспокойтесь, Евгений Василич – все будет как у дедушки.

Он взял автомат. Левой рукой за обрезанный кожух, большим пальцем правой обхватил шейку ложи, указательный положил на спуск.

– Вот и хорошо, – отозвался Дервиш. Братишка сказал:

– А вообще-то я левша. Могу стрелять с левой. Если поставить рожковый магазин – он полегче, – то вполне управлюсь одной рукой.

Братишка прикрепил ремень, подогнал его длину так, чтобы носить обрез под мышкой. Потом раскрошил на лучины обрезанный приклад, смел на газету опилки и убрал все в сумку, сказал: «Надо бы выбросить».

– Сначала, Александр, надобно коньяка отведать. А пойдем-ка ко мне в нумер.

Братишка поставил обрез в шкаф, пошли в номер Дервиша.

У Дервиша был включен телевизор, на экране показывали предновогоднюю Оттаву. Евгений Васильевич взял в руки пульт и собрался приглушить звук, но на мониторе появилась диктор и произнесла: «Внимание! Срочное сообщение».

Дервиш пожал плечами, сказал: «Ну, раз срочное.» Он налил в бокалы коньяку.

Диктор исчезла, появилась картинка: безоблачное синее небо и белоснежный космический челнок на стартовом столе. Диктор взволнованно заговорила, и Дервиш взялся переводить – для Братишки, у которого с языком было совсем туго:

– Сегодня, в одиннадцать часов. по местному времени. с космодрома космического центра имени Кеннеди… стартовал шаттл «Дискавери». – Диктор умолкла, стал слышен рокот пламени, вырывающегося из-под челнока. Раскаленный воздух дрожал. Шаттл медленно стронулся с места, начал подниматься на двух мощных столбах бело-желтого пламени. Братишка сказал: «Красиво…» Дервиш согласился: «Да, впечатляет…» Шаттл поднимался. Пламя рокотало. «Дискавери» ускорялся и стремительно уменьшался в размерах. Картинка изменилась: теперь старт показывали с борта самолета или вертолета. Диктор за кадром что-то произнесла, но Дервиш не перевел. А через секунду космический челнок превратился в огромный огненный всплеск, в закатное облако. Это облако клубилось багрово, из его глубины вылетали какие-то фрагменты, чертили огненные траектории… Братишка сказал: «Ешь твою!..» Диктор продолжила: – Катастрофа произошла на пятьдесят девятой секунде после старта.

Дервиш перевел. На экране возникли лица семи астронавтов. Диктор стала перечислять имена. Дервиш сказал:

– Значит, в «Созвездии» будет не четырнадцать, а тринадцать звезд… А что? Тринадцать – подходящее число для «Созвездия смерти». Давайте, Александр, за это и выпьем.

Телевидение мигом разнесло по миру известие о гибели американского челнока. В разных странах на это реагировали по-разному. В Бельгии, например, грустили не сильно.

* * *

В ночь с двадцать восьмого на двадцать девятое декабря «Джордж Буш» вошел в пролив Девиса. В три часа двадцать минут он приблизился к «Голиафу» на дистанцию одна миля. Два тридцатитонных якоря ушли на дно.

Двадцать девятого декабря на землю Баффина начали прибывать журналисты и первые участники саммита. Самолеты садились в аэропорту Икалуита и на канадской базе ВВС в Нанисивике. Журналистов немедля отправляли на круизный пароход, участников саммита принимали вертолеты с «Джорджа Буша». Довольно часто прилетал «Сикорский» с платформы.

* * *

Дейл подошел к Дервишу, положил голову ему на колени.

– Что это он? – спросил Братишка.

– Голова у меня немного болит, – сказал Дервиш. – Он чувствует.

Братишка сказал:

– О как!.. Может, это из-за сияния? – Александр кивнул на окно. За окном по темному небу бродили слабые отсветы северного сияния.

– Не думаю, – ответил Дервиш. – Аврора бореалис совсем ни при чем.

– Аврора бореалис? А что это такое?

– А вот это, Александр, и есть северное сияние.

– Ага! Может, я сгоняю к Саре, спрошу таблеточку?

– Не надо – не поможет. Это из-за колдунов.

– Из-за каких колдунов?

– Схлестнулся я как-то с колдунами в Конго. Истребил целую секту. Но что-то они успели со мной сделать – стала голова болеть.

Братишка от таких слов Дервиша слегка обалдел. Если бы про колдунов в Конго ему рассказал кто-то другой – Иван или Дельфин, – он, вероятно, не поверил бы. Но – Дервиш!

– А дальше что было? – спросил Братишка.

– Дальше меня в Союзе расколдовывали силами целого НИИ и пары наших колдунов.

– И что потом?

Дервиш посмотрел на Братишку слегка устало и сказал:

– Суп с котом. Ну что вы, Александр, как ребенок, всему верите: колдуны какие-то, секта… Давно дело было, быльем поросло. Плесните-ка лучше коньячку.