Читаем Остров полностью

– Где ж? В тюрьме. В контрразведке одного только что образовавшегося и оч-чень демократического африканского государства. В ту пору этих «демократических» в Африке возникло пруд пруди. И все, как теленок мамку, хотели сосать Советский Союз. И, кстати, успешно сосали. Но я не про это. Я про Старика. И про себя тоже – мы же молодые тогда были – примерно как вы сейчас, Иван Сергеич. Получилось так, что нас обоих взяли в плен в одно и то же время и практически в одном и том же месте. Потому и посчитали, что мы работаем вдвоем. Потому и держали некоторое время в соседних камерах. Из оперативных, разумеется, соображений. Так что у нас были время и возможность пообщаться – там ведь камеры разделены только решетками. Я уже тогда понял, что он парень-то непростой. Так оно и оказалось. Потом нас освободили – англичане выбросили группу десантников, и они взяли тюрьму штурмом. Собственно, это сделали, чтобы освободить его. Но он настоял, чтобы взяли и меня.

– А он знал, кто вы такой?

– Догадывался. Но вел себя в высшей степени тактично. Сделал, конечно, вербовочный подходец. Но – формально, для очистки, так сказать, совести. А потом мы с ним не единожды пересекались. Но в основном – заочно. Сейчас он очень авторитетный, влиятельный человек. Непубличный политик. Я бы даже сказал: сверхполитик. Его влияние огромно.

Дельфин спросил:

– Откуда он такой крутой вылез?

– Вылез-то? – усмехнулся Дервиш. – «Вылез» он из старинного английского рода – потомок герцога Мальборо. Это открыло ему путь в недоступное для простых смертных училище Харроу. Выпускники этого колледжа составляют британскую элиту. Позже S.D. окончил военную академию в Сэндерхерст. Свою карьеру мистер S.D. начинал в качестве журналиста британской «Мор-нинг пост», работал на Ближнем Востоке и в Африке, и даже сделал себе имя, но довольно скоро перешел в разведку. Работал сначала в Африке, потом в Восточной Европе – против нас. Очень талантливый человек – умница, аналитик, знаток классической литературы. По убеждениям антикоммунист, вынашивает идею «атлантической цивилизации». Он мог бы сделать блестящую карьеру в политике, но предпочел пахоту в разведке. Награжден Орденом подвязки, является почетным гражданином Соединенных Штатов. После того как в 91-м году убили Советский Союз, Старик из разведки ушел. Якобы удалился на покой и с тех пор живет на старой буровой платформе в море Баффина. Пишет исследования по истории цивилизаций. К нему летают главы государств и правительств. Не скажу, что на поклон, но без него ни одно серьезное дело не делается. Его влияние огромно. Что еще сказать? Возможно, гомосексуалист, но не факт. Женат, насколько мне известно, никогда не был, детей нет. С прессой почти не общается, но несколько интервью все же было.

Дельфин озадаченно спросил:

– Это что же получается – он вроде главы мирового правительства?

– Нет никакого мирового правительства, Николай Ва-силич. Выдумки все это, глупости досужие. А вот Старик – реальность. И если мы захотим довести до конца операцию «Демонтаж», то Старик – наш главный козырь.

– Старик – наш козырь? Каким образом?

– А я вам сейчас расскажу. Есть у меня кое-какие соображения.

Дервиш изложил свои «соображения» за десять минут. Иван сказал:

– Но это. это почти фантастика.

– Верно, Иван Сергеич, – согласился Дервиш, – почти фантастика. Заметьте: слово «почти» сказали вы, а не я. А сейчас вспомните, пожалуйста, июль этого года, когда вы только-только стали Полковником. Вспомните себя в те дни. По-моему, вы тогда не очень верили в возможность проведения операции «Демонтаж».

– Да, я действительно сомневался.

– Это правильно. Я опасаюсь тех, кто не сомневается. Более того: я не могу утверждать, что у нас получится. В конце концов и «Демонтаж» не удалось осуществить так, как мы задумывали, – зиккурат разрушен, но жрецам удалось спастись. А операция, которую предлагаю вам я, на порядок или на два сложнее. Но имеются и плюсы. Так уж сложилось, что в Канаде у меня есть некоторые оперативные возможности. Есть там люди, которые помогут. И я считаю, что если есть хотя бы несколько шансов из тысячи, мы должны попытаться. Что скажете, Николай Василич?

Дельфин потеребил рыжие свои усишки, ответил:

– Серьезное дело. В принципе, захват буровой платформы реален. Уже, как говорится, проходили. Правда, на макете. Что касается второй составляющей – не знаю. Но в принципе я – за.

– Отлично, – сказал Дервиш. – А вы, Иван Сергеич?

– Я тоже за.

– Тогда предлагаю обсудить идею критически и с разных сторон, попытаться нащупать слабые места.

Часа полтора они сидели и обсуждали идею Дервиша. Вроде бы все вытанцовывалось. По крайней мере – в теории.

Когда все обговорили, Иван спросил:

– А как думаете назвать операцию?

– Хочу предложить вам не сильно оригинальное и даже пошловатое название – «Армагеддон».

– «Армагеддон»? – удивился Дельфин. – Почему «Армагеддон»?