Читаем Остров полностью

Спустя минуту к дому подошли ветеринар и Павел. Мастер довольно грубо произнес:

– Вас прикрывать оставили. Кто отменил задачу?

– Мы подумали: стрельба. потом свет погас. Мы подумали: может, вас уже того.

Мастер ничего на это не сказал.

Кулак почувствовал в Мастере старшего, высунулся из-под стола, заныл:

– Гражданин начальник, отпустите. ничего худого. Мастер направил свет фонаря на Кулака и рассмотрел

то, чего не увидел раньше. Он подошел, рванул ворот рубашки Кулака. И тут все увидели наколку. По шее была отбита пунктирная линия, сбоку от нее выколоты маленькие ножницы и надпись: «линия отреза» – обычно такой рисунок наносят на продуктовой упаковке. Мастер сказал:

– Предусмотрительно. Вот только гильотины у меня, уж извини, нет… Посему заменим на банальный расстрел.

Кулак задрожал.

По всей стране выходили на свободу амнистированные зэки. В считанные дни на просторах РФ появились сотни новых банд. Большая часть этих банд распадалась сама собой после нескольких дней сладкой вольной жизни. Зато другая часть – меньшая, ощутив вкус крови и безнаказанность, загуляла люто. Вооружались, резали полицаев, захватывали целые поселки. Кровь текла, как самогон. Жизнь человеческая и раньше-то стоила пятачок за пучок, а теперь цена ей стала и вовсе грош. Иногда банды объединялись, сбивались в стаи. Случалось, в большие, до сотни человек. Тогда брали под себя целые уезды.

Прогноз Сластенова, что, мол, не страшно, уровень, мол, преступности и так уже настолько высок, что некоторого увеличения никто и не заметит, не оправдался.

В Кенигсберге, получившем особый статус, местный бундесрат принял решение, согласно которому все освобождающиеся уголовники (за исключением этнических немцев) подлежат этапированию в Россию. В сущности, бундесрат сделал то же самое, что и майор Малофеев в Карелии. Только в большем масштабе.

Случалось, что банды вступали в столкновения с «миротворцами» или армейскими подразделениями. С бандитами не чикались – просто расстреливали. Впрочем, таких случаев было немного – силовикам были поставлены другие задачи. Шли массовые аресты бывших сотрудников госбезопасности, ГРУ, различных спецназов, лиц, подозреваемых в пособничестве терроризму, и все силовые структуры были задействованы на обеспечение этих «мероприятий».

Страна тем временем погружалась в пучину уголовного террора.

* * *

Четвертого ноября страны – члены Евросоюза поддержали инициативу президента Соединенных Штатов о проведении саммита.

Пятого ноября президент США заявила, что саммит может быть проведен еще до конца этого года. На борту американского авианосца.

Дервиш сказал Дельфину:

– Вы, Николай Василич, предсказали точно – на борту авианосца.

Дельфин пожал плечами:

– Это предсказать легко. С точки зрения безопасности авианосец, точнее – авианосная группа – практически идеальный вариант. Особенно если вывести группу в отдаленный район океана, подальше от судоходных и авиа линий. Ведь что такое авианосец? Это, по сути, остров в океане. К нему трудно, а точнее невозможно подобраться незамеченным. Любой корабль, подводная лодка или летательный аппарат будет обнаружен на дальних подступах. И – уничтожен. Где ж еще и проводить важное мероприятие, как не на авианосце?

– Логично, – согласился Дервиш.

* * *

Генерал-майор Отиев стал первым заключенным спецтюрьмы «Залив-3». Его привезли через сутки после того, как «Залив-3» освободился от постояльцев. Отие-ва доставили катером, ночью. Он был худ, измучен, в обносках.

Его загнали в трюм – огромный, холодный и гулкий, с водой на дне. Там светило несколько ламп, забранных в густую сетку. Контролер Маскявичус произнес:

– Теперь тебя будут звать Гнида. Выбирай любое место, Гнида. Ты будешь жить здесь. пока не сдохнешь.

Отиев лег на тощий синтетический матрац, обхватил стриженую голову руками и завыл.

* * *

Госсекретарь Соединенных Штатов Америки вошла в кабинет президента Соединенных Штатов Америки. Хиллари сидела за столом, разговаривала по телефону. Она посмотрела на Каролину и кивнула. Госсекретарь опустилась в кресло. По фразам Хиллари она поняла, что госпожа президент разговаривает с президентом России.

Госпожа президент закончила разговор, положила трубку и сказала:

– Вот дерьмо!.. Когда говорит со мной – расплывается. А за спиной называет меня Сучкой. Думает, я не знаю… Что у тебя, Каролина?

– Час назад я разговаривала со Стариком. Он выбрал Бельгию, Брюссель.

– Бельгию? Но ведь это…

– Именно, – произнесла госсекретарь.

– Черт! – сказала госпожа президент и нажала кнопку на своем ноутбуке. На противоположной стене вспыхнула огромная интерактивная карта мира. Госпожа президент навела курсор мышки на Европу, увеличила несколько раз подряд. – Черт! Ну почему именно Бельгия?.. Почему Брюссель? Ведь это почти центр Европы.

Госсекретарь сказала:

– Брюссель действительно центр Европы. Я, кстати, там стажировалась. Из Брюсселя до Бонна можно доехать за два часа на машине. До Парижа – полтора часа экспрессом. Даже до Лондона через тоннель под Ла-Маншем можно добраться за два с небольшим часа.