Читаем Основатели полностью

— Ты права, моя госпожа. В самом деле, кто-то из мудрых изрек: «Наилучшая благодарность та, что не испаряется в виде пустых фраз». Но увы, моя госпожа, все, на что я способен — это произносить пустые фразы. Пока мои пустые слова ублажали Мула, я носил роскошное платье и красивое имя (мое настоящее имя — Бобо — Мулу не понравилось), когда же моя пустая болтовня ему надоела, на меня посыпались тумаки и проклятия.

Из зала управления пришел Торан.

— Нам остается только ждать, Бай. Надеюсь, Мул понимает, что корабль Фонда — это территория Фонда.

Магнифико Гигантикус, бывший Бобо, воскликнул, раздувая ноздри:

— Как велик Фонд, перед которым трепещут даже жестокие слуги Мула!

— И ты слышал о Фонде? — спросила Байта, улыбаясь.

— Кто же о нем не слышал, — Магнифико перешел на таинственный шепот. — Говорят, это мир чудес; мир огня, пожирающего планеты, мир, владеющий тайной грозных сил. Говорят, что самый знатный и богатый человек Галактики не удостоится такого уважения и почета, как простой человек, который сможет сказать: «Я гражданин Фонда».

— Магнифико, если ты будешь произносить речи, ты никогда не закончишь есть, — сказала Байта. — Выпей лучше ароматизированного молока.

Она поставила на стол кувшин и вышла из кухни, поманив за собой Торана.

— Тори, что мы будем с ним делать? — Байта кивнула в сторону кухни.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, если придет Мул, выдадим его?

— Как же иначе, Бай? — голос его звучал устало, и на лоб свисала влажная прядь. — Когда я ехал сюда, я думал, что стоит только спросить о Муле, и первый прохожий укажет дорогу к нему. Я надеялся, что мы переговорим с ним и будем свободны.

— Понимаю твое разочарование, Тори, но не разделяю, потому что я на многое не рассчитывала. Я не надеялась встретиться с Мулом, а собиралась разузнать о нем от приближенных к нему людей и сообщить это тем, кто более сведущ в межзвездных интригах. Я не воображала себя межпланетным шпионом…

— От тебя не дождешься поддержки, — Торан надулся и сложил руки на груди. — Ты подумай! Если бы не случай с шутом, мы ничего даже не услышали бы о Муле. Как ты считаешь, он придет за шутом?

— Не знаю… и не уверена, что мне этого хочется, — пожала плечами Байта. — Допустим, придет. Что делать?

Раздался гудок фотосторожа. Байта прошептала одними губами:

— Это Мул!

— Мул? — Магнифико, вытаращив глаза, дрожа, выскочил из кухни.

— Надо открывать, — сказал Торан.

Внешняя дверь открылась, впуская гостей в тамбур. На видеоэкране оказался только один человек.

— Он один, — сказал Торан с явным облегчением и нагнулся к переговорному устройству. — Кто вы такой?

— Сначала впустите меня, потом разберемся, ладно? — пришел ответ.

— Известно ли вам, — голос Торана все еще дрожал, — что, согласно международной конвенции, наш корабль считается территорией Фонда?

— Известно.

— Хорошо, входите, но если я увижу что-нибудь у вас в руках — стреляю без предупреждения. Я хорошо вооружен.

— Согласен.

Торан открыл внутреннюю дверь, снял бластер с предохранителя и положил палец на курок. Раздались шаги, дверь распахнулась, и Магнифико воскликнул:

— Это не Мул! Это просто человек.

«Просто человек» с достоинством поклонился шуту.

— Совершенно верно. Я не Мул, — в руках у него ничего не было. — При мне нет оружия, и я пришел с миром, так что можете отложить свой бластер. У вас нехорошо дрожит рука.

— Кто вы такой? — резко спросил Торан.

— Я имею больше прав задать вам этот вопрос, — холодно произнес незнакомец, — потому что не я, а вы самозванец.

— Что это значит?

— Вы заявляете, что вы гражданин Фонда, в то время как на планете в настоящий момент нет ни одного торговца, который бы выступал под эгидой Фонда.

— Откуда вам это известно?

— Я гражданин Фонда и могу представить соответствующие документы. Есть ли такие документы у вас?

— Мне кажется, вам лучше покинуть мой корабль.

— Я придерживаюсь иного мнения. Если вам известно, как Фонд защищает безопасность своих граждан, — а вам это, наверное, известно, хоть вы и самозванец — вы должны знать, что если я не явлюсь в определенное время на свой корабль, в ближайшую военную базу Фонда будет направлен специальный сигнал, и ваше оружие окажется для вас бесполезным.

Торан в нерешительности молчал, и Байта сказала:

— Отложи бластер, Торан. По-моему, этот человек говорит дело.

— Спасибо, — сказал незнакомец.

Торан положил бластер на стул рядом с собой.

— Надеюсь, теперь вы объясните, кто вы и зачем пришли.

Незнакомец не садился. Он был высок и широк в кости. На суровом лице с жесткими чертами казалась невозможной улыбка.

— Новости, а особенно невероятные, — сказал он, — распространяются очень быстро. На всем Калгане не осталось человека, который бы не знал, что людям Мула плюнули в лицо туристы из Фонда. Услыхав об этом, я удивился, потому что, кроме меня, здесь нет туристов из Фонда. Мы это легко проверяем.

— Кто «мы»?

— Мы. Например, я. Я знал, что вы живете в Ангаре: вы этого не скрывали. У меня есть, способ проверить регистрационный журнал и отыскать нужный корабль.

Он резко повернулся к Байте и спросил:

— По рождению вы гражданка Фонда, не так ли?

— Неужели?