Читаем Осквернитель Соломон полностью

- Я не могу... рассказать тебе, я не вправе сделать это, - затаив дыхание, сказала Хаос. - Но... это очень важно, это поможет многим людям.

- Каким образом это поможет им?

Она выкарабкалась из объятий Соломона и села на кровати рядом с ним, скрестив руки над грудью. Сейчас он прочитал в глазах девушки то, что она, возможно, и не прольет свет на всю ситуацию, но попытается объяснить свое видение происходящего.

- В этом городе существует проклятье, - прошептала она, вытирая глаза ладонями, прежде чем вернуть их на место, прикрывая грудь.

- Продолжай, я слушаю. Я здесь, чтобы помочь, - сказал Соломон, не желая пропустить ни одну грязную деталь этой чертовщины.

Она кивнула ему, а затем отрицательно покачала головой.

- Но я не должна говорить об этом.

Проявившиеся складки на лбу Хаос показывали, что ей на самом деле было не разрешено рассказывать ему, но она очень хотела сделать это.

- Эй, послушай меня. У меня тоже есть секреты. И я определенно тот, кто умеет их хранить, красавица, обещаю тебе. Вот что я скажу, - его тон стал заговорщическим. - Как насчет того, чтобы поделиться секретами друг с другом, что думаешь об этом? Я расскажу тебе кое-что, чем никогда и ни с кем не делился, а ты расскажешь мне?

Хаос отстранено посмотрела вправо, немного покачнулась в раздумьях, перед тем как сосредоточила свой встревоженный взгляд на мужчине, сузив глаза. Он задержал дыхание, пока удерживал ее взгляд, ожидая продолжения.

- Я не очень хорошая девочка, - едва прошептала Хаос.

Сердце Соломона молотом било в груди, и он поднял свои руки вверх.

- И я не такой уж хороший парень, - сказал он. - И как много ты хотела бы поставить на то... что мои грехи гораздо весомее твоих?

Она обратила неубедительный взгляд к Соломону.

- Перестань, - прошептала она. - Я знаю, что ты пытаешься сделать, но ты не должен.

Соломон замер, испытывая опасения из-за того, что могли значить ее слова.

- Я знаю, что виновна, и я признаю свои грехи. Помнишь, ты как-то спросил, что бы я сделала, если бы была подобна Иисусу.

Соломон кивнул, его желудок стянуло в болезненный узел.

- Ну... - она опустила взгляд вниз и продолжила, пытаясь убедить его, - мы не сумасшедшие.

Хотя то, что она собиралась сказать, доказывало обратное.

- Мы знаем, что Господь пришел и отдал свою жизнь за наши грехи, и мы принимаем это. И… мы благодарны за это.

Девушка покачала головой, ее брови нахмурились в страдании.

- Ну, не совсем благодарны, - она вытерла вновь подступившие слезы. - Видишь, ты можешь не знать этого, - продолжала Хаос, шепча слова, - как и другие люди, но есть один грех, который нельзя простить, - еще тише сказала она.

- Например... какой? - изумился Соломон.

- Грех против Святого духа, - прошептала со всей страстью Хаос, а губы девушки задрожали. - Этот город? - продолжала она, - Ве-е-есь этот город совершил этот грех.

- Против Святого духа? - спросил Соломон, надеясь услышать больше подробностей.

Она кивнула в ответ.

- И по этой причине все мы прокляты.

Он замотал головой в неверии.

- Как?

- Смерть, - прошептала Хаос, медленно покачивая головой. - Смерть, смерть, смерть, - опустив взгляд на свои колени, девушка отстраненно перебирала волоски на своих руках.

- Умирают... люди?

Не глядя на Соломона, она лишь кивнула.

- Самые невинные. Самые тихие.

Наконец, Хаос подняла глаза на мужчину, произнося:

- Самые чистые.

Он был в ужасе от вопроса, которая задал ей следующим:

- Это... дети?

Она покачнулась, отведя взгляд вправо.

- Не рождённые.

Соломон изо всех сил боролся с собой, чтобы не позволить проявиться на лице признакам ужаса.

- Как?

Хаос вытерла лицо рукой и пожала плечами.

- Это единственный способ искупить грехи. Каждый месяц, - она шмыгнула носом и произнесла тоненьким голоском, - не рожденный должен умереть.

- Или что? - Соломон едва выдавил шепотом.

Хаос взглянула на него с напряжением.

- Или нас ожидает вечный ад.

Она посмотрела на него так, словно Соломон должен знать, что это было единственным оправданным поводом для столь чудовищных обрядов.

В глубине своего сознания Соломон убеждал себя, что нужно продолжать играть доброго пастыря и увести девушку края пропасти безумия.

- Верно, - шептал Соломон, подавляя тошноту. - Конечно. Так... ты говоришь, что дети должны... умирать? Когда это началось?

- Я помню, словно это было вчера, - продолжила Хаос так же тихо. - Когда Мастеру явился сон. Это было после того, как он узнал о грехах города.

- И что же это были за грехи?

- Убийство не рожденного, - ответила девушка. - Он узнал об этих греховных деяниях тогда, когда женщины делились с ним своими секретами.

Соломон пытался понять.

- Как... на исповеди?

- Да. На Святой исповеди. Очень важно исповедовать в своих грехах.

- Верно, - Соломон едва совладал с собой.