— Двое из трёх с камнем на душе. Один из трёх без тёмных пятен в прошлом. Что до тебя, Молчун? — Арди допила пиво и уставилась на него. — Как ты оказался здесь?

Молчун поднял руку к шраму от ожога, покрывающему часть головы, и едва его касаясь погладил место, где было ухо.

— Я без камня. Скорее с золой, — его глаза зло сузились. — Родом из пограничной с Левнаром деревни. Далеко на юге, — он усмехнулся, увидев удивление на лице Арди. — А что ты удивляешься? Мы на севере. Вся страна для нас сейчас далеко на юге.

— Да нет… — немного растерянно протянула Арди, поправляя платок на шее. — Просто мир оказался очень маленьким. Я… Бывала в тех краях тоже.

— Это для тех, кто носа за родной забор не кажет, мир огромный. Стоит только ступить на дорожку, как мир начинает стремительно уменьшаться. Ну так вот. Лет пять назад наше высочайшее величество, барон местный, — Молчун с отвращением сплюнул, — не удержал хрен в штанах во время приёма соседнего барона. Не знаю, кого он там оприходовал, да и откуда мне? Что люди говорили, то и знаю. Короче, соседский правитель обиделся. И по приезду домой начал рати собирать, чтобы за обиду мстить. Но я всего этого тогда не знал. Я шёл с осмотра силков, к поясу были подвязаны несколько заячьих тушек. День погожий, я с добычей. Легко так было на душе. Ноги крылья отрастили, я шёл и земли не касался. Пока не почуял дым. Почуять или увидеть дым в приграничной деревне — всегда к беде. Это страшнее, чем встретить разбойников или шатуна на лесной тропе. У нас мост был старый через реку. Вот как раз к нему я подошёл, когда деревья расступились, и стала видна моя деревня за излучиной. Много домов горело. Суетились какие-то отряды и реяли стяги нашего величества. Не помню, как добежал. Не помню, как в горящий дом влетел. Помню жар дикий и дым, выедающий глаза и лёгкие. Жену и дочь нашёл в дальней комнате. Из живота жены торчал нож. Видимо, она уже просто не смогла сама выбраться. А дочь… Дочь обнимала мать своими тонкими ручками. Думаю, что она просто задохнулась, перепуганная, прижимаясь к дорогому мертвецу. Комната полыхала. Помню, удивился что они такие чёрные. Нелепая мысль. Потащил их к двери, чувствуя, что моя одежда уже дымится. Кожа с рук жены слезла, как перчатка, когда тянул. Понимал, что они мертвы, но тащил, едва не падая от удушья. Тащил пока не потерял сознание.

Он отвернулся от костра и, немного помолчав, продолжил.

— Меня из огня выволокли. Кто-то видел, как я в дом залетел. Только это осталось, — он чуть повернул голову обожжённой стороной. — Ну и по телу есть ещё. Дом догорел вместе с ними. Похоронил потом что нашёл. Дом сестры с родителями тоже сожгли. Только их самих на улице зарубили. Похоронил их целыми. Почти. Пока я силки проверял, чтобы заработать на жизнь, пришёл от соседей отряд мстить за поруганную честь какой-то манды, которую никто в глаза не видел, и эту самую жизнь уничтожил. Его величество знал о готовящемся нападении, но не успел прислать воинов. На несколько часов не успел. Я пришёл, когда пришельцев отогнали. С тех пор я больше в лесах обретаюсь, — он внезапно замолчал.

— Да, дела… — выдавила Арди и уставилась в пустоту.

— Да, порой так выходит… — начал было Адрей, но Молчун перебил.

— Нет. Не надо. Вы спросили, я ответил. Честно. Как все. Меня утешать не надо. Я со своей болью уже сросся. Вы таких историй можете десяток услышать за вечер в любой корчме на границе, да и слышали уже с сотню. Примелькались они, истории эти. Вот только рассказывающему их нихрена не легче.

— Как тебя зовут? — Арди посмотрела в глаза мужчине.

— Молчун, — он отвернулся и закутался в плащ.

Повисла тяжёлая тишина. Даже костёр на какое-то время перестал потрескивать.

— Ложитесь спать, а я сторожить. В полночь разбужу. Вторая стража твоя, — напомнил Далур девушке и, взяв топор, вышел из круга света. Он захватил с собой почти пустой бурдюк с остатками пива.

Арди улеглась между бревном и костром. Почти сразу она размеренно засопела. Адрей встал и побрёл в кусты, в противоположную от дварфа сторону, ослабляя тесёмки на штанах.

Молчун лежал, закутавшись в плащ. Его плечи слегка подрагивали.

Глава 5. Темнота

Под утро похолодало и пошёл дождь. Незадолго до рассвета он забарабанил по листьям и ветвям, по земле и камням, наполняя лес умиротворяющим монотонным звуком. Дождь забарабанил по спящему лагерю, хотя досюда сквозь кроны долетало не так много капель.

— Да, как раз этого не хватало. Сегодня нас ждут мокрые сапоги и плащ. Доброго утречка и хорошего всем денёчка, — поворчав, Арди сладко потянулась, поправила платок на шее и подвинулась к огню, выдыхая облачко пара.

— Доброго, — раздалось из темноты, и к костру подошёл Молчун. — Я бы вас через час поднял, — он указал рукой на светлеющее в разрывах крон небо.

— Ну ладно, не так обидно, — зевнув, девушка указала на похрапывающего дварфа и Адрея. — Пусть досмотрят свои сны, или завтракаем и в дорогу?

— Хороших снов не бывает.