Читаем Осколок полностью

— Правда. Где вам кромешная тьма — мне сумерки. Я место это найду, не переживай. Стало быть, пошли. Меня уже почти сожрали, — проворчал дварф, сгоняя очередную стайку кровососов.

— Погоди. Вещи тут оставим, только мешать будут, — она достала небольшой кожаный свёрток и, развязав шнурок, извлекла тетиву. — Дай натяну, на всякий-то случай. Хоть и неудобно будет ползать там с луком, но мне оно так спокойнее. Как дело сделаем — вернёмся за вещами.

После того как наёмники покинули убежище, идти пришлось недалеко, но очень непросто. Тусклый свет луны редкими холодными лучами прорезал кроны. Как они ни старались, полностью бесшумно передвигаться не получалось. Отряд замирал после каждой оглушительно хрустнувшей ветки, и только убедившись, что их никто не услышал, они крались дальше. Вскоре снова послышались голоса и шум, потянуло ароматами дыма и жареного мяса, и спустя ещё немного времени в листве замелькали тёплые огни. Кто-то начал отбивать жесткий ритм на барабанах, и тонкие скрипучие голоса быстро подстроились под него. В них слышалось мрачное торжество и бахвальство.

— Празднуют что ли? Хорошо! Хорошее время для вылазки, — едва слышно прошептала Арди, всматриваясь в просветы в листве.

Перед ними расползлась большая опушка. Чуть левее их схрона, шагах в ста пятидесяти ближе к топи чернел большой загон, собранный из крупных веток, переплетённых между собой. Высокий и тёмный, он не позволял разглядеть, что находится за его стенами. Прямо перед ними, насколько хватало глаз, разросся лагерь. Палатки конусом из палок и шкур, навесы из веток и хвойных лап, просто кучи листвы и тряпок. Это всё разнообразие громоздилось на любом свободном клочке земли. Разглядеть больше не получалось. Местами уютно потрескивали небольшие кострища, именно их свет пробивался через листву, и на него шёл отряд. Шагах в трёхстах справа виднелись огромные костры, не чета предыдущим. Кучи веток и брёвен были сложены большими колодами и их жадно и с треском пожирал огонь. Повсеместно из темноты выныривали небольшие фигурки и тут же скрывались из круга света. Именно оттуда и звучали голоса. Именно там неспешно рокотали барабаны.

— Ты гляди! Да там всё их клятое племя, — Далур шевелил губами, стараясь сосчитать гоблинов. — Тьфу, твари, скачут постоянно что твои вши, да и издали не понять… Эх, сюда бы сейчас полсотни наших, щитовой тяжёлой пехоты…

— А пивка кружку да девку срамную не подать? А, мечтатель? — Арди недовольно шикнула на дварфа.

Невдалеке из-под одного из навесов вылез гоблин, вяло почесал грудь и немного покачиваясь побрел в сторону топи.

— Всё племя там, да не совсем. Этот, гляди-ка, не скачет у огня вместе со всеми. Сколько их таких тут? Плана не меняем. Я с Молчуном разведаю, что в том загоне. Ну или вернее, кто. А ты жди тут. Если что — как договорились. Шуми, кричи, вноси сумятицу.

Арди не успела закончить, как со стороны костров раздался пронзительный визг, полный ярости. Барабаны смолкли, лишь скрипучие голоса гоблинов звучали, не теряя ритма.

— Или меняем, — сказала Арди. — Молчун, давай к загону, а я посмотрю, чем они там таким заняты.

— Не нравится мне это, — Далур неуверенно покачал головой. — Мы и так в меньшинстве, да вы ещё и разбежаться в разные стороны решили, как крысы по помойке.

— А как по-другому? Есть предложение получше? Нам надо проверить и загон, и вон те костры. Я не знаю, сколько у нас времени и когда они там закончат свои вопли, чтобы разбрестись по всему лагерю и окрестностям, — Арди говорила быстро, тихо и чуть раздражённо. — Нам надо выяснить, что хотели, и быстрее уматывать отсюда. Да и непонятно где эта троллья морда сейчас находится. Ну, хватит разговором. Сейчас не до них. Мы так до утра тут просидим.

Со стороны костров вновь долетел пронзительный визг. Долетел и словной плёткой стеганул по ушам. Теперь в нём буквально чувствовалась не только ярость, но и боль. Голоса стали чуть громче, ритм жёстче.

— За дело, — Молчун отцепил от пояса дубину и шмыгнул в сторону загона.

Далур проследил взглядом за ним, а когда повернулся к Арди её уже не было. Дварф остался один.

После того, как Далур и Молчун скрылись в листве за её спиной, Арди обратилась в слух. Она двигалась быстро, насколько позволяли свет и весь её опыт хождения по лесу. Ветви ольхи, густо росшие вокруг поляны, едва слышно шуршали от её движений, но так может шуршать и ветер.

Девушка часто останавливалась и вслушивалась в окружающую темноту. Кусты становились все гуще и гуще, а идти бесшумно — всё сложнее.

Арди осторожно вынырнула на опушку и продолжила красться вдоль её края. Костры стали заметно ближе. Крики из невнятного шума превратились в отдельно звучащие голоса и фразы.

Девушка уставилась на фигурки в отдалении и замерла. Она ждала чего-то, словно решала где подойти к кострам поближе. Время быстро утекало, а она так сидела в высокой траве и не двигалась.