Читаем Осколки (СИ) полностью

Гилдерою было очень любопытно понаблюдать за этой встречей, поэтому он с самым беспечным видом поспешил за ними. Авторитет Поттера был настолько велик, что охранник не стал даже требовать пропуск или ещё какой разрешительный документ. Он важно пожал визитёру руку и попытался помешать Гилдерою войти следом.

— Мистер Поттер, — жалобно пробормотал Гилдерой. — Пожалуйста, не бросайте меня.

Кажется, тот не ожидал такого, потому что замер, переводя беспомощный взгляд с охранника на Гилдероя. Но можно было позавидовать скорости, с которой он принимал решения — уже спустя пару мгновений Поттер серьёзно кивнул охраннику:

— Это со мной!

— Я с ним!

Гилдерой протиснулся мимо служителя порядка и оказался в палате первым. Только поэтому он успел заметить, как быстро Снейп закрыл глаза, притворяясь спящим. Может, увидев Поттера, он решит «проснуться»? Не тут-то было!

— Мистер Снейп… сэр…

Поттер мгновенно растерял всю самоуверенность и стал похож на неподготовленного к уроку студента. Агнес решила ему помочь и энергично потрясла Снейпа за плечо.

— Сэр, проснитесь! У вас посетитель!

Голова Снейпа моталась по подушке, рот открылся, но он продолжал «спать».

— Достаточно… — Поттер запнулся, не зная как обратиться.

— Агнес, сэр. Зовите меня просто Агнес, — она выпустила костлявое плечо Снейпа и кокетливо заулыбалась. — Я работаю каждый день и почти каждую ночь, и хочу выучиться на целителя. А ещё…

Поттер ошеломлённо уставился на неё и, помотав головой, перебил:

— У вас есть ваза?

— Ваза?

— Да, ваза. Я принёс цветы.

— Вазы нет, но есть графин…

— Он же для воды! — возмутился Поттер.

— Снейп всё равно почти всегда спит, и я ни разу не видела, чтобы он пил.

Гилдерой понял, что пора вмешаться:

— Вы можете наколдовать вазу.

— Точно! — обрадовалась Агнес. — Если её трансфигурировать из этого стакана, она продержится до завтрашнего дня. И даже дольше.

— А здесь можно колдовать? — Поттер выглядел смущённым. — Мне Гермиона говорила, что некоторые лечебные чары нельзя совмещать с зельями, и что они совсем не сочетаются с бытовыми чарами.

— Это если колдовать одновременно, — начала Агнес тоном учительницы, но быстро вернулась к прежней кокетливой манере, таинственно понизив голос: — Вам можно!

Поттер превратил стакан в аляпистую вазу и, наполнив её водой, достал из-под мантии букет лилий. Он немного полюбовался цветами, после чего, как настоящий волшебник, извлёк откуда-то пакет с апельсинами и корзинку земляники.

— Вот. Я не знаю, что ещё нужно больным.

— Вы такой заботливый, мистер Поттер. Настоящий герой.

Агнес изо всех сил старалась произвести на него впечатление, но Гилдерой видел, что Поттер хотел бы избежать навязчивого внимания. Да и Снейп, наверное, устал притворяться.

— Мистер Поттер, а хотите, я дам вам свой автограф?

Наверное, именно так утопающие хватаются за соломинку.

— Конечно, хочу! Пойдёмте, мистер Локхарт, мистеру Снейпу надо отдохнуть.

Агнес наградила Гилдероя сердитым взглядом, но ничего не сказала, а довольный Поттер вышел из палаты и весело поинтересовался:

— И где ваши автографы, сэр?

— В палате, — Гилдерой широко улыбнулся. — Пойдёмте со мной.

Напрасно Гилдерой рассчитывал представить героя Матильде — до палаты тот не дошёл, сбежав по дороге. Ну и к лучшему!

***

До вечера Гилдерой мучился, не находя себе места. Ему почему-то казалось, что равновесие в его хрупком мире нарушилось, и достаточно одного неверного движения, чтобы его погребло под осколками. Было понятно, что Поттер совершенно точно помнит Гилдероя — он с лёгкостью назвал его по фамилии, которую мог слышать только там… в прошлой жизни. И Поттер не захотел с ним общаться, с радостью приняв помощь в избавлении от навязчивого внимания Агнес. А если вспомнить реакцию остальных людей, которые его узнавали? Не тех, кто пытался пощупать или ущипнуть, а нормальных…

Гилдерой лежал на своей кровати, разглядывая крошечную трещину на потолке, которая с каждым проведённым здесь годом становилась всё длиннее и толще. Когда он сюда попал, ему казалось, что всё в его жизни наладится тогда, когда удастся вспомнить, но теперь он уже не был в этом уверен. А память настойчиво зудела, подкидывая воспоминания о подземельях, чумазых детях и чудесной ало-золотой птице. И ещё была невероятная лёгкость и ощущение звенящей пустоты, от которого хотелось бежать. А в госпиталь Гилдероя привёл Дамблдор. Да-да, тот самый, которого убил Снейп… которого Поттер называет героем. Жуть какая!