Читаем Осколки Сердец полностью

Я понял, что это не мама, а Ал’лилель. Да, она была очень похожа на мою маму: такие же большие зеленые глаза, такие же губы, скулы и фигура. Внешность мамы я знал наизусть и мог описать ее с закрытыми глазами, так как рассматривал ее портрет часами. О ней мне никто ничего не рассказывал. Сколько я ни упрашивал, отец всегда переводил разговор на другую тему, а Зира просто злилась и уходила к себе. Очень скоро я узнал, что любые разговоры о моей матери находятся под строжайшим запретом.

«Нет, этого просто не может быть, – сказал я себе, глядя на девушку. – Моя мать вампир, а Ал’лилель – эльфийка».

Поднявшись со стула, я со смешанными чувствами, через силу улыбаясь, сказал:

– Я тоже очень рад тебя видеть, и тем более рад, что с тобой все в порядке.

Девушка взглянула на меня и, нахмурившись, спросила:

– Что случилось?

– Просто места ловушек поменялись немного, вот и пришлось повозиться с ними, – улыбнулся я. От близости девушки у меня начала немного кружиться голова.

Она недоуменно посмотрела на меня:

– Погоди, какие ловушки? Папа отправлял проводника, чтобы тебя встретили. Ты хочешь сказать, что сам прошел мимо всех ловушек, без проводника?

– Ну да, вроде бы. – Под ее взглядом я смутился.

– Подожди меня здесь, пожалуйста, – взволнованно сказала она и побежала в дом.

Через несколько минут вместе с ней вышел удивленный Старейшина.

– Добрый день, Каин. Это правда? Тебя никто не встретил?

– Да…

Старейшина поднял руку, и к нему сразу подошли несколько эльфов.

– Найдите Эн’рила.

Эльфы молча поклонились и разошлись.

Повернувшись ко мне, он произнес:

– Пойдем в дом, я дам тебе свою одежду, переоденешься.

– Нет, – ответил я. – Моя одежда меня полностью устраивает.

Гордость не позволяла мне принять его предложение. Он это понял, потому что, не став настаивать, обратился к дочери:

– Ал’лилель, давай накормим гостя.

Девушка ойкнула и побежала в дом, умудрившись на ходу мне подмигнуть.

– Как она? – спросил я у Старейшины, когда девушка скрылась в доме.

– Только благодаря тебе – хорошо, – серьезно ответил он. – Ее спасла твоя кровь, она сняла заражение и обезболила раны, поэтому мы смогли провести операцию по сращиванию костей.

– Я рад. – Я смущенно улыбнулся, смотря на взрослого эльфа.

– Кто тебе рассказывал о воздействии крови вампиров на других существ? – поинтересовался он.

– Отец.

Мы замолчали, рассматривая посаженные Старейшиной саженцы возле молодой рощи.

– Обед готов, – сказала Ал’лилель за нашими спинами. – Пойдемте в дом.

За обедом эльфийка постоянно задавала вопросы, интересуясь, как мы живем, какие у нас обычаи, при этом она старательно избегала любых упоминаний о войне и нашей системе питания.

А когда она спросила, за что меня послали в Лес, я не смог соврать и, кинув взгляд на Старейшину, все им рассказал. Девушка сначала смеялась над реакцией Зиры, когда та застала меня за швырянием камней в подземного духа, а потом немного погрустила, когда я рассказал о разговоре с отцом и наказании. Старейшина, выслушав меня, серьезно сказал, косясь при этом на дочь:

– Хорошо воспитывают детей в роду Серебряного Тумана, нам тоже иногда не помешает применять подобные методы.

У девушки немедленно заалели кончики заостренных ушек.

Только я хотел поинтересоваться причиной ее смущения, как на улице послышался шум и в дом зашли два эльфа, причем один из них явно не хотел этого делать. Правда, увидев меня, он сразу перестал вырываться и гордо вскинул голову.

– Здравствуй, Эн’рил, – спокойно сказал Старейшина. – Расскажи мне, как так получилось, что наш гость пришел в деревню один, хотя я лично просил тебя встретить его?

– Я не собираюсь общаться со всякими вампирскими выродками, – запальчиво ответил тот и бросил на меня взгляд, полный ненависти.

– Что ж, хорошо, – произнес Старейшина и обратился ко второму эльфу: – Уведи его и присмотри за ним до моего прихода. После разговора с нашим гостем я займусь его воспитанием.

Второй эльф поклонился и вывел Эн’рила из дома.

Старейшина внезапно встал из‑за стола и поклонился мне. Это было настолько неожиданно, что я опешил и хотел тоже вскочить, но был остановлен. Ал’лилель положила руку мне на колено и предупреждающе покачала головой.

– Каин, прошу простить меня и весь род Быстрой Стрелы за нанесенное тебе оскорбление, – выпрямившись, сказал Старейшина. – Ты должен потребовать компенсацию за все неудобства и потери, которые ты понес из‑за нас.

Посмотрев на него и на посерьезневшую девушку, я понял, что это не шутка и я вправду могу требовать все что захочу.

– Старейшина, – произнес я, вставая. – Все, что я хочу – это еще раз увидеть Ал’лилель.

– Хорошо, – ответил он. – Если она не возражает, я тоже не буду против.

Мы оба посмотрели на девушку. Она под нашими взглядами стала стремительно краснеть и тихо сказала:

– Я не возражаю.

Мое сердце после этих слов решило выпрыгнуть из груди и стало стучать так, что мне казалось, его стук слышат все.

Внезапно раздались звуки горнов. Старейшина и Ал’лилель вздрогнули, недоуменно посмотрели друг на друга и чуть ли не бегом покинули дом.