Читаем Осколки полностью

Кто-то другой на моем месте счел бы слова парня неуклюжей попыткой оправдаться, но для меня они и были самой настоящей правдой: таковы охранные заклинания высокого уровня, очень не любящие удаляться от хозяина защищаемой вещи. Проще, конечно, зачаровать предмет на пассивную оборону, но тогда злоумышленник, покусившийся на чужое добро, может преспокойно унести его с собой, а такой вариант Ксо не устраивал, почему кузен и потратился на плетение не просто «замка», а «сторожевого пса», наделенного и подобием жизни, и подобием разума.

— И только поэтому нужно было за нее хвататься? Любопытство одолело?

Темные глаза блеснули:

— Я хотел положить ее обратно.

Хм-м-м. А ведь он не врет. Что ж, намерение, достойное уважения.

— Видишь ли, Мэтт, не все вещи нужно возвращать на покинутое ими место. Особенно если они того не желают. Ты не почувствовал просыпающееся заклинание? Хорошо еще, «песик» не был научен перегрызать глотки, иначе ты мог бы пострадать, и серьезно.

Белобрысая голова чуть склонилась набок.

— Ну, пострадал бы. А тебе-то что?

В голосе мага отчетливо проступила непонятная мне горечь. Такое впечатление, что ему совершенно все равно, умирать или оставаться в живых… Да, Рогар, заноза есть. И ее нужно постараться извлечь как можно скорее, пока она совсем не ушла под кожу.

Я подошел к телеге, собираясь ознакомиться с содержимым сумки.

— Со слухом у тебя и остальных, полагаю, все в порядке? Или ты забыл слова Мастера? Он ведь четко и ясно сказал, что в конце пути нас должно остаться столько же, сколько было в начале.

— Но он ничего не говорил о том, какими мы должны прибыть: живыми ли мертвыми! — Усмехнулся маг.

Вот как? Хочет поиграть? Не буду препятствовать. Если парень пока не понимает, что острия слов чаще всего наносят раны самому игроку, а не его противнику, подсказывать не буду. Пусть обжигается на своих ошибках сам. Но последнее слово оставлю за собой:

— Согласен. Лично я намереваюсь закончить путь в добром здравии. Если у вас другие планы, сообщите о них сейчас: мне спокойнее будет путешествовать с тремя трупами, а не с тремя врагами.

Над лужайкой повисло напряженное молчание, которое решился нарушить тот, кто полагал себя воином:

— Сам убьешь? Интересно, чем: у тебя и оружия-то нет! — Ехидно заметил Хок, тряхнув рыжей челкой.

— С чего ты взял?

Извлекаю из сумки кольца свернутых чиато.

— Это? — Презрительное фырканье. — Да оно и на женское украшение не потянет!

— Для твоей шеи и такая красота сгодится.

— Ах, так?

Хок в два прыжка оказался на телеге, запуская руку в пространство между мешками, а я мигом спустя едва успел отскочить назад, избегая встречи с рванувшимся ко мне клинком: лезвие в полтора локтя длиной, прямое, обоюдоострое, острие длинное, как у наконечника стрелы — таким хорошо и колоть, и чиркать по оказавшемуся в пределах досягаемости противнику, оставляя длинные порезы. Крестовина гарды не слишком большая, но вполне достаточная, чтобы…

Никогда не мог понять азарта схватки, возникающего у некоторых поединщиков при встрече с незнакомым типом оружия. Ты же не знаешь, на что оно способно, зачем лезешь на рожон? Жизнь не дорога? Конечно, Хоку в его юном возрасте простительно не отдавать себе отчет в чрезмерном риске, но куда смотрят все остальные?

Куда-куда… На нас, скачущих вокруг телеги. Ладно, Мэтт, погруженный в раздумья о том, как можно от меня избавиться, если даже мои книги наделены зубами и лапами. Ну а Бэр о чем думает? Стрела в спину — самый надежный способ пресечь разногласия.

А ловко Хок орудует мечом! Не ожидал. И штаны… не ожидали: в один из особенно длинных и низких выпадов рыжик зацепил мою левую ногу над коленом, и это событие вполне могло стать предпоследним в нашей случайной дуэли, потому что в тот момент, когда металл коснулся плоти, я перестал чувствовать и его, и мышцу.

Умерь пыл моего серебряного друга, драгоценная!

«Зачем?.. Он же защищает тебя…»

Затем! Если я перестану владеть собственным телом, умру гораздо скорее, чем от царапины, которую мог бы получить!

«О… Понимаю… Ты совсем отказываешься от его услуг?..»

Нет! Ни в коем разе! Просто пусть он прибережет силы для настоящей опасности, хорошо?

«Как пожелаешь, радость моя…»

Онемение исчезло быстрее, чем появилось: как раз вовремя, чтобы я успел оттолкнуться от земли, делая шаг в сторону, свободную от присутствия хищного острия. Право, пора заканчивать, благо кольца бусин наконец-то расположились на ладони в нужной мне последовательности.

На новом выпаде я выбросил руку вперед по линии удара, отпуская чиато в полет. Они обвились вокруг гарды меча: оставалось только легонько потянуть на себя, воспользовавшись энергией, уже заложенной в движение Хока, и… Подставить сжатый кулак. При необходимости убить противника следовало бы направить ребро ладони в кадык, но у меня были совсем другие цели, и рыжик получил сильный, но не смертельный удар в челюсть, на несколько вдохов затруднивший дыхание, координацию и прочее, а также убедительно доказавший бессмысленность продолжения поединка.