Читаем Ошибка инженера Гарина полностью

— Никак нет, Гарин заявил, что до сегодняшнего дня никто ничего не увидит.

— Будем надеяться, что ему есть, что нам показать.

Тем временем Гарин появился перед бункером. Пружинистой походкой он прошелся перед смотровой щелью бункера. Увидел мишень — лист фанеры, изображающий вражеского солдата в полный рост. Взял «кларнет» наизготовку, будто ружье…

Шпеер ожидал чего угодно: взрыва, столба пламени, клубов дыма и даже полного фиаско этого русского клоуна. Но то, что он увидел, превзошло все ожидания.

В полнейшей тишине из «кларнета» возник огненный луч, толщиной с карандаш. Гарин начал медленно подкручивать регулятор на корпусе аппарата, луч становился все тоньше, пока не достиг толщины человеческого волоса. Гарин медленно навел «кларнет» на мишень. Луч, будто раскаленная проволока, протянулся к фанерному силуэту и разрезал его надвое.

— Господи Иисусе! — изумленно прошептал Шпеер, промокая платком мгновенно вспотевший лоб.

— Простите, господин рейхсминистр, вы что-то сказали?

— Нет. Ничего. Пустяки. Пойдемте, господа, взглянем на эту штуку поближе!

Не дав подчиненным даже рта раскрыть, Шпеер выскочил из бункера и быстрым шагом, почти бегом, направился к Гарину. Русский стоял все в той же позе, с аппаратом наизготовку, только огненный луч был выключен.

— Ну, как вам мое изобретение?

— Вынужден признать, герр Гарин, вы меня удивили.

— И только-то? — насмешливо спросил Гарин. — Разве от удивления рейхсминистр выбегает из бункера, рискуя попасть под смертельный луч сумасшедшего русского?

— Вы очень проницательны, герр Гарин, — процедил Шпеер сквозь зубы.

— Благодарю! — изогнулся Гарин в шутливом поклоне. — А вы очень смелый человек. Или вы даже не заметили, что пришли один?

Шпеер растерянно оглянулся под заливистый хохот русского.

— Каковы смельчаки, а? — хохотал Гарин, тыча пальцем в сторону бункера. — Бросили своего шефа, спрятали задницы за толстые стены и ждут, чем тут дело кончится! Смелей, господа! Идите сюда! Я же сказал, что вам ничего не угрожает!

Гарин внезапно оборвал смех.

— Черт с ними, пусть сидят сколько влезет. Не будем терять времени. Я полагаю, вас интересуют возможности прибора.

Шпеер молча кивнул.

— Безграничные! Прикажите вашим смельчакам вылезти из укрытия и поставить что-то посолиднее, чем лист фанеры.

— Какова дальность действия? — Выдавил из себя рейхсминистр.

— Именно у этой модели предел тысяча метров. Но мне удавалось строить большие установки, которые имели поражающую дальность до десяти тысяч метров.

— Вы уже строили такие аппараты раньше? И где же они теперь?

— Уничтожены. — Лицо Гарина закаменело, будто ему напомнили о чем-то, чего он вспоминать не хотел. Но тут же Гарин вновь разразился смехом.

— Господа, наконец-то вы рискнули к нам присоединиться! — приветствовал он подошедших. — Я как раз предлагал господину Шпееру распорядиться чтобы нашли более достойную мишень!

— Дорнбергер!

— Да, господин рейхсминистр!

— Прикажите установить образцы новой брони для танков!

— Но…

— Выполнять! — рявкнул Шпеер, выплескивая сдерживаемое раздражение.

Спустя некоторое время место картонной мишени занял массивный стальной лист. Данненберг счел необходимым дать некоторые пояснения:

— Это экспериментальный образец для наших новейших тяжелых танков. Толщина листа сто двадцать миллиметров. Мы рассчитываем, что эта броня выдержит прямое попадание русского бронебойного снаряда калибром 152 миллиметра.

Гарин зло усмехнулся:

— Не рассчитывайте, что ваша броня выдержит прямое попадание моего луча!

— Господин Гарин!

Казалось, Шпеер готов сорваться во второй раз и высказать наглому русскому все, что он о нем думает. Но вместо этого спросил:

— Господин Гарин, насколько сложно управлять вашим оружием?

— Если ваши солдаты умеют обращаться с электрическим фонариком, то и с моим гиперболоидом управятся. Принцип тот же самый, только луч не светит, а сжигает.

— Вы позволите мне испытать этот ваш… Как вы сказали?

— Гиперболоид. Извольте, господин рейхсминистр.

Гарин протянул Шпееру свой «кларнет». Гиперболоид оказался неожиданно тяжелым, несмотря на компактные размеры.

— Осторожнее! — вскричал Гарин, видя как неуклюже принял его детище Шпеер. — Лучше я помогу вам!

Гарин встал позади рейхсминистра, как обычно встают инструктора, когда обучают новичков стрельбе из винтовки. Пальцы Гарина с силой, которую вряд ли можно было предугадать при взгляде на его узкие кисти, сжали руки Шпеера.

— Сперва наводим гиперболоид на мишень. — Гарин повернул гиперболоид в сторону листа брони. — Теперь смотрите сюда. Вот этой кнопкой мы включаем аппарат.

Шпеер нажал указанную Гариным кнопку. Внутри гиперболоида что-то тихо загудело, корпус аппарата ощутимо нагрелся, к мишени протянулся огненный луч. В том месте брони, куда попал луч, мгновенно появилось красное пятно раскаленного металла.

— Вы способный ученик, господин Шпеер! Теперь вот этим колесиком регулируем толщину луча. По часовой стрелке.

Луч, повинуясь руке рейхсминистра, превратился в тонкую огненную нить. Из мишени брызнула расплавленная сталь.

— Великолепно! Теперь давайте немного порисуем!