Никита на миг задумался. Он не хотел потерять Диану, но она еще не стала его девушкой, а тут такая возможность! Хотелось получить удовольствие сполна, в нормальной обстановке, а не прячась где-то за углом.

– Конечно, с вами! – сказал он уже веселее.

В квартире было не убрано и неуютно, везде валялись вперемешку с одеждой использованные пластиковые стаканчики, грязные салфетки и пивные бутылки. Но это не имело значения. Из включенного телевизора звучала музыка, а она так трогала душу! Никита сгреб одежду с кресла и развалился в нем, вытянув ноги. Ян шутил с девушками довольно долго. Никита уже начал нервничать – его «чек» был у приятеля в кармане.

– Ян, ты совсем забыл обо мне, – напомнил Никита.

– Ты почему такой кислый? – спросил Ян, и девушки глуповато хихикнули.

– Иди к нам, будет весело! – позвала одна из них, кокетливо прикусив нижнюю губу.

Никита посмотрел на нее с брезгливостью. Если бы она знала, с какой неземной девушкой его свел случай!

– Потом, – сказал он.

– Говоришь, что хочешь оторваться по полной? – спросил Ян, подойдя к Никите.

– И как можно быстрее! – нервно ответил Никита.

Ян достал шприц.

– Можно «фен» разбавить, и тогда «приход» поймаешь за несколько секунд. Тебе понадобится «скрипка», – сказал Ян, крутя в руках шприц.

– Давай уже! – нетерпеливо рявкнул Никита, освобождая руку выше локтя.

Никита не чувствовал страха, когда в его вену впилась игла. В голове была одна мысль: «Скорее бы»! И Ян его не обманул. Почти мгновенно его обдало мощной волной эйфории. Наступило безразличие к девушкам в комнате, к грязи, к Яну, к тому, что происходит вокруг, и даже ко всему миру. Все негативные эмоции куда-то испарились, исчезли, оставив только ощущение комфорта и приятных духовных волнений. И неописуемое удовольствие, в котором не осталось места для плохого. Он почувствовал себя частью огромного света, в котором царит лишь любовь.

– Вот это кайф! – то ли сказал, то ли подумал Никита и в неземном блаженстве прикрыл глаза, чтобы отдаться эйфории до конца…

У Никиты теперь был небольшой кредит средств за ноутбук, и назавтра ему захотелось повторить вчерашний вечер. Целый день он находился в депрессии, не хотел ни есть, ни спать. Слишком короткими оказались минуты удовольствия. Все прошло настолько быстро, что он не успел как следует насладиться. Он побывал в другом мире, где нет никакого негатива, где полностью отсутствуют плохие мысли, где ничего не тревожит и ни о чем не надо думать. Возвращение в этот пустой мир, где вечно нервная, забитая и чем-то перепуганная мать в заштопанной одежде, отец, который, кроме работы, еды и сна, ничего вокруг не замечает, нудные преподаватели в институте и пожелтевшие от старости обои, было подобно возвращению из рая в ад. И пусть он был в раю совсем недолго, но он там был! А что здесь? Время до свидания с Дианой тянется нестерпимо долго. Часы замерли, не желая их встречи. Глупое время! Оно не знает, что его можно изменить, и сделать это не для кого-то, а для себя.

Никита не пошел на занятия. Он был дома, но до его прогула никому не было дела. Он не нужен ни матери, ни отцу. Никите казалось, что если бы он исчез, то вряд ли родители заметили бы его отсутствие. Интересно, на какой день они поняли бы, что единственного сына нет рядом? А разве сейчас они его замечают? Они только могут проверить присутствие его физического тела в спальне ночью. Тоскливо, грустно, досадно. И когда уже наступит вечер?..

И был вечер, точь-в-точь такой, как и предыдущий. И опять было на душе спокойно и комфортно.

Глава 45

Вероника тряслась в громыхающем трамвае, набитом пассажирами. Ей удалось присесть у окна на одной из остановок. Рядом сел полный, похожий на большую тыкву мужчина. Своим тяжелым телом он прижал Веронику, но ей от этого стало даже удобнее. Хотелось сжаться до размера микрочастицы и раствориться среди людей. От обиды и унижения ее душили слезы. Захарий добился своего, заставив Веронику приехать к нему домой. Напрасными были слезы и мольбы отпустить ее на все четыре стороны и забыть о ней. Он был настойчив, нагл и груб. Вероника пыталась показать, что не чувствует к нему никакого сексуального влечения, но он делал вид, что не замечает этого. Сейчас она чувствовала себя изнасилованной. Или девушкой, которая решила стать проституткой и провела свой первый рабочий день. Стыдно, унизительно и мерзко.

Вероника не знала, как ей жить дальше. Неужели придется всегда дрожать от страха, ожидая очередной подлости от Захария? Обиднее всего было то, что ей даже винить некого. Она сама совершила ошибку, за которую придется расплачиваться. У каждой ошибки есть своя мера, своя цена. Какова же цена ее ошибки?

Веронике так и не удалось поговорить с Кирой по душам. Подруги не было дома четыре дня, а когда она зашла к Веронике, то вся светилась от счастья.

– Ты можешь мне рассказать, какого ты принца встретила, что так сияешь? – спросила ее Вероника.

– Смогу, но не сейчас, – ответила Кира. – Не обижайся, но есть вещи, о которых лучше не рассказывать.

– Не понимаю, – сказала Вероника.

– Потом. Ты все узнаешь потом.