Читаем Ось времени полностью

Постепенно темнота в пещере стала сереть, как будто огоньки дерева растворялись в пыльном воздухе пещеры и насыщали тьму своим светом.

Становилось ясно, что мы находимся в овальной полости, окруженной темнотой шахты.

В сером полумраке я рассмотрел доктора Эссен, котоая сидела, положив руки на толстый металлический лист, лежащий у нее на коленях. На листе были были натянуты провода, как струны - она как будто играла на них, перебирая пальцами. Звука слышно не было, но света становилось все больше и больше.

- Теоретически, - сказала доктор Эссен, - все это было разработано много лет назад. Но только сейчас, когда мы находимся в особом типе пространства, можно практически реализовать его возможности. Еще в 1941 году я опубликовала несколько статей по этому вопросу, по матричной структуре атомов. Тогда практическое применение моего открытия было невозможно. Только здесь, на оси времени, я могу проверить правильность своей теории.

Я создала матричную структура вещества, но период ее колебаний можно регулировать...

- Кортленду не обязательно все это знать, - проговорил Де Калб неожиданно весело. - В теории еще много такого, чего и я не могу понять. Мы направляемся в терра инкогнита - но я все же думаю, что обязательно попадем в город Лица.

Вопреки логике, мы пока выполняем правила игры, хоть и совершенно непонятным образом. Каким-то образом все сложилось так, что мы все четверо вошли в полость, где я видел нас спящими - неощутимые и невидимые ни для кого. Только в ультрафиолетовом свете можно было увидеть наши тела.

Мюррей может умереть. Но так как некронное существо выпадает из времени, возможно, полковник излечится. Некоторые яды в больших дозах могут быть и лекарствами. Возмодно, долгая каталепсия вне времени вылечит Мюррея. Я думаю, что люди города предвидели такой оборот событий. Ты засыпаешь, Кортленд?

Да, я засыпал. Мягкий, монотонный звук, кого рай издавало вращающееся дерево, действовал на меня гипнотически. Но тогда я этого не понимал. Внезапно я захотел встать и уйти. Но тут я понял, что решение уже принято за меня.

Нервы мои напряглись, я вовсе не хотел пускаться в это сумасшедшее предприятие. Самоубийца нередко отказывается от своего решения в самый последний момент. Я напряг все силы и с трудом сдвинулся с места на четвервь дюйма. Тут же послышался голос Де Калба:

- Нет, нет, матрица пространства уже сформировалась.

Голова моя звенела. Серый свет, как паувина, слепил мои глаза. Сквозь него, где-то далеко во времени и в пространстве, я увидел какое-то движение. Это было...

Возможно, это были мы сами на другом конце замкнутого круга времени. Мы просыпались после своего путешествия длительностью в миллион лет. Но двигались только они. Я не двигался.

Я был запечатан во времени и в пространстве,и чувствовал, что мое сознание угасает, как пламя свечи, как иссякающий фонтан. Оно уходило от меня все дальше и дальше. Я погружался в небытие.

Следующее, что я должен увидеть, - подумал я откуда-то издалека, - будет лицо Эа, смотрящее в кроваво-красные сумерки конца мира. Затем пламя окончательно угасло, фонтан иссяк, и с тихим шорохом последние струи утекли куда-то в глубины моего мозга.

9. СТРАННОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ.

Волны с тихим шепотом накатывали на таинственный берег. Должно быть, - подумал я, - это сон.

...? Сон?

Я не мог ничего вспомнить. Этот шепот был словами, но смысл их скользил по поверхности моего мозга, не оставляя ничего после себя. Я не видел ничего. Где-то вдали угадывалось шевеление, но для меня оно не имело никакого смысла. Ощущения. Разве что тепло и ничего больше. Только голос очень тихий - может бнть, даже музыкальный инструмент.

Но слова произносились на английском языке. Разве что-нибудь могло удивить меня сейчас? Я был совершенно пассивен. Ощущения приходили и уходили обратно во тьму, оставаясь за стеной моих чувств. Какой мир? Какое время? Что тут за люди? Пока для меня это не имело никакого смысла.

- ... ждать здесь так долго, - сказал чей-то печальный голос, такой нежный и мягкий, от которого у меня напряглись голосовые связки, как будто я хотел ответить ей. Затем голос изменился. Он стал умолять, - даже находясь в ступоре я понимал, что ни один человек не мог бы отказать обладательнице такого голоса ни в чем.

- Значит, теперь я могу уйти, Лорд? О, пожалуйста, позволь мне уйти! - ее английский язык был очень странным - с одной стороны архаическим, а с другой стороны - более сложным, чем язык моего времени. - Отдых в течении часа в Лебедином саду, - продолжал умоляющий голос, - и я снова приду в себя. - Послышался вздох, почти музыкальный.

- Мои волосы - взгляни на них, Лорд! Они совсем потускнели! Никакого блеска! Только один час в Лебедином Саду - и я снова могу служить тебе. Можно мне идти. Лорд! Можно мне идти?

Никто не смог бы отказать ей. Я лежал, зачарованный музикой ее голоса. И тут как будто мне плеснули холодной водой в лицо - я услышал грубый мужской голос.

- Придержи язык. И не пытайся задобрить меня, называя лордом.