Читаем Орел стрелка Шарпа. Золото стрелка Шарпа полностью

– Вряд ли это обрадовало сэра Генри. – Лоуфорд рассмеялся.

Он был совершенно прав. В любой армии существовали небольшие отряды вроде стрелков Шарпа, которые не входили ни в какое подразделение. Чаще всего это были самые настоящие отбросы армии, и командующий, когда их набиралось достаточное количество, собирал всех во временный резервный батальон. Кроме того, таким образом генерал получал возможность повышать в чине – пусть и временно – тех людей, кто, по его мнению, этого заслуживал, но причина неудовольствия Симмерсона заключалась вовсе не в этом. Превратив разбитый Южный Эссекский в резервный батальон, Уэлсли стер название «Южный Эссекский» из списка подразделений, составляющих его армию; этим генерал постарался уязвить гордость сэра Генри, хотя Шарп и сомневался, что человек, так спокойно отнесшийся к потере королевского знамени, будет долго переживать из-за унижения батальона.

Вероятно, эти мысли отразились у него на лице, потому что Лоуфорд сказал:

– Тебя беспокоит Симмерсон?

– Да. – Не было смысла отрицать очевидное.

– Тут ты прав. Сэр Артур сделал все, что смог: повысил тебя в чине и, поверь мне, написал домой, где сообщил о твоих подвигах в самых лестных выражениях.

Шарп кивнул.

– Но…

Лоуфорд пожал плечами. Он подошел к окну и, отодвинув тяжелые бархатные шторы, посмотрел на долину, расстилающуюся за городскими стенами; она была залита безжалостно палящим солнцем.

– Да. Существует и «но».

– Расскажите.

– Симмерсон очень влиятелен. – Лоуфорду было явно не по себе. – У него множество знакомых среди людей, занимающих высокое положение. – Он снова пожал плечами. – Боюсь, он сделает все, чтобы навредить тебе как можно сильнее, Ричард. Ты стал пешкой в игре политиков. Симмерсон дурак, никто с этим не спорит, но его приятели в Лондоне не захотят, чтобы он выглядел дураком. Им понадобится козел отпущения. Ведь Симмерсон – нечто вроде их представителя, понимаешь?

Шарп кивнул.

– Когда он напишет из Испании и расскажет, что война ведется неправильно, его письмо будет зачитано в парламенте. И не имеет никакого значения, что он абсолютно не в своем уме! Симмерсон – их голос, их представитель на войне, и, потеряв его, они потеряют доверие.

Шарп устало кивнул:

– Иными словами, будет сделано все, чтобы пожертвовать мной ради спасения Симмерсона?