— Ясно… Но я здесь недавно. Переброшен в Дерпт с танковым и мотоциклетно-стрелковым ударными взводами цайткоманды СС перед самым началом операции «Крестовый поход». И о полячке я ничего не слышал.

Так начал свой рассказ немецкий танкист. И испуганные глаза унтерштурмфюрера не лгали. «Об Аделаиде от него не узнать», — с тоской подумал Бурцев.

Глава 18

Отто все же поведал им немало интересного. Судя по словам пленника, прежде чем приступить к активным действиям в прошлом, цайткоманда закрепилась в польском замке Взгужевежа и заручилась поддержкой двух влиятельных союзников — властолюбивого ландмейстера Дитриха фон Грюнингена и воинственного епископа Германа фон Крайземана. С их согласия Фридрих фон Берберг открыл межвременной портал в Дерпте, где и была сконцентрирована ударная сила пришельцев из будущего.

Когда ливонский ландмейстер благодаря кульмскому перевороту с участием «небесного воинства» стал обладателем черно-желтого креста Верховного Магистра, пришло время для осуществления основного этапа операции «Кройццуг»[92]. Вместе с многотысячным войском германских рыцарей, датчан, шведов и пронемецки настроенных вождей эсто-чудинских племен в крестовый поход на Русь из Дерптского епископства отправились полдесятка танков. А если быть точнее — то четыре, поскольку пятый уже благополучно упокоился в торфяной могиле.

Панцерваффе цайткоманды сопровождал взвод мотострелков на «цундаппах» и столько же пеших автоматчиков. Силы по меркам двадцатого столетия небольшие — все-таки, как признавался фон Берберг, переброска крупных подразделений в прошлое фашикам не под силу. Но и этой ударной группы вполне достаточно, чтобы навести суеверный ужас и разгромить любое средневековое войско — хоть бесчисленное мужицкое ополчение, хоть элитную княжескую дружину.

Кроме того, на аэродроме под дерптской платц-башней базировался «мессершмитт-109». Слава Богу, пока в единственном экземпляре. Но и один военный самолет в состоянии осуществлять эффективную авиаподдержку любых наземных операций. При необходимости люфтваффе цайткоманды могли бы достать с дерптской взлетно-посадочной полосы даже самые удаленные русские княжества.

Как явствовало из дальнейшего рассказа немецкого танкиста, Фридрих фон Берберг с основными силами крестоносцев и цайткоманды отправился из Дерпта вдоль Эмайыги к Соболицкому берегу Чудского озера. Двигаясь по береговой линии на юг — в сторону Исменьского городища или, как именовали это поселение эсты-чудины, Мехикоормы, штандартенфюрер намеревался отсечь русские войска от озера и навязать князю Александру битву на подступах к замерзшему водоему.

Решение вполне логичное: гнать танки на весенний лед, по которому и кавалерия-то пройдет с опаской, — безумие. Даже «легкие» «рыси» перетонут там на раз-два. Зато на суше легко совместить тактику танкового клина с ударом классической тевтонской «свиньи».

Собственно, разбить и обратить врага в бегство объединенные орденско-эсэсовские силы смогли бы и без танков — при помощи лишь авиации и мотострелков. Но если верить Отто Майху, фон Берберг желал свести к минимуму возможные потери в самом начале крестового похода. Именно поэтому окрестности Чудского озера перед решающей битвой с русичами облетал «мессершмитт», а навстречу русским войскам по кратчайшему пути — через Моосте — в разведку был отправлен небольшой рыцарский отряд, усиленный быстроходным танком Отто и двумя «цундаппами» с пулеметами. Обо всем увиденном летчик и танкисты докладывали по рации лично штандартенфюреру.

— Так у вас имеется радиосвязь с фон Бербергом? — спросил Бурцев.

— Была связь, — немец выразительно глянул на затопленный танк.

— Что вы успели ему сообщить?

— Что встретили небольшую группу противника…

— И?

— И уничтожили.

— Дальше?

Отто опустил глаза:

— Мы передали содержание ну… той провокационной надписи на снегу и подробно описали человека, который ее сделал. Потом получили приказ во что бы то ни стало взять вас живым, полковник.

— Это все?

— Прежде чем затопило рацию, мы сообщили, что танк увяз в болоте и вытащить машину своими силами не представляется возможным.

— Значит, следует ждать спасательной команды?

— Не знаю.

Словам танкиста можно было верить, а можно было и не верить. Бурцеву показалось, что перепуганный пленник все же говорит правду. Впрочем, в любом случае, чем скорее они уберутся отсюда и найдут князя Александра, тем лучше. Но и поторапливаться тоже надо не спеша. Еще несколько минут Бурцев потратил на ревизию трофейных боеприпасов.

Арсенал «цундаппа» оказался выше всяческих похвал. Стандартная цилиндрическая вермахтовская укупорка на шесть барабанных пулеметных коробок со снаряженными лентами по пятьдесят патронов в каждой. Плюс переносной металлический ящик с лентой на двести пятьдесят патронов. В общем, живем пока: есть чем заменить опустевший пулеметный барабан. Бурцев перезарядил пулемет сразу — дело оказалось несложным.