Вера в Бога только дает силы верующему, а вовсе не означает автоматического вмешательства извне в нужный момент. Мы пронизаны Замыслом и Промыслом, но мы их не знаем. И потому в нашей жизни симуляции не меньше, чем халтуры, то есть лживых помыслов не меньше, чем ложной деятельности. И вот на фоне этой игры в жизнь наше общество то и дело бывает неприятно удивлено. Помните, как наша общественность взывала про «зевак» при военных действиях у Белого дома? Дикари, мол, пришли посмотреть… То есть любой, кто хотел хоть что-то увидеть своими глазами, а не судить о действительности по огонькам, трассирующим на темном экране телевизора, кто хотел стоять рядом с якобы реально происходящим в настоящую минуту в этой стране, – моральный урод. Другое дело, что они, эти неотомисты, почти ничего не узнали, ибо чтобы правильно увидеть, надо уже знать. Но, вовсе не собираясь никого идеализировать и прославлять, я бы не стала даже глупую попытку «дознаться» – презирать. Да уж что там! Все потом забылось, затмилось следующим громом среди ясного неба – откровенным Жириновским. С ним удалось связать все свои опасения за судьбу жизни на Земле. За эту самую жизнь не вызывает опасения ничто – ни война, ни будничная неукротимая халтура, приводящая к огромным жертвам, ни леденяще-игривые газетные сводки о родителях-садистах и т.п. Почему эффектное оформление неблагополучия так пугает? Почему теракты кажутся такими нелогичными? Может быть, кто-то действительно думает, что все хорошо, кроме высоких цен при низких зарплатах у одних и огромных деньгах у других?

Я смотрю на людей умных, казалось бы, достигших определенных творческих или деловых вершин, получающих гуманитарную помощь премий, и вижу, что они уверовали в свою заслуженность, в то, что есть им такое неплохое место на земле. Да неужто ума не хватает понять такую простую вещь, что если ты не стоишь дрожащий и нагой перед Богом, а чем-то таким укреплен и поддержан, то это поддержка Дьявола. Бог не освобождает от страха божьего никого. А хотелось бы укрепиться тут, окопаться и не дрожать. Ведь смешно говорить о заслугах в принципе. А не то святые, вместо того чтобы мученически умирать, должны были бы выходить на заслуженный отдых – принимать награды, выступать с воспоминаниями, как ветераны-партизаны.

Интеллигенция опять не угадала. Нельзя делать исторический процесс, как нельзя правильно поступить для будущего – как поступишь в настоящем, такое и получишь будущее. Но по лжи – ничего не выйдет. Не хотите на крест – посторонитесь и согласитесь добровольно получить действительно по заслугам. Если вы не готовы на жертву – вы ничего не сумеете сделать в этой жизни, действительно пронизанной Замыслом и Промыслом.

Природа сэконд хэнд

Зайдите в лес, хоть в городской, хоть в дикий. Ну вот, допустим, весна. Начинается… Если постараться вновь обрести некогда утраченный подробный взгляд, то можно увидеть. Увидеть гладкие, почти красные стебли-стволы повсеместного путаного кустарника – как плетеная корзинка в квартире, можно отыскать верхнюю часть ствола сосны – янтарную, может быть, не корабельную и музыкальную, но все же янтарную, хоть и с перхотью, благоуханную, хоть и больше за счет вашей памяти, чем ее силы. Все эти трогательные потуги обшарпанной природы продолжать служить так проникают в душу. Она, бедная, прекрасна и еще мила, как старые вещи, немодные, но родные, – громоздкие комоды, плетеные сундуки, пыльное темное зеркало, табуретка из досочек, этажерка… Уже харлеи и хайвеи, мерседесы и диснейлэнды, компьютеры и моющие пылесосы, – нужны как бы больше, они – актуальнее. Этих же еще не увольняют, не выбрасывают из-за одной малости – кислорода. Они стали теми самыми забитыми низшими слоями, которых нещадно эксплуатируют, но не жалеют, в ком утилитарно нуждаются, но не могут трезво попечься о восстановлении их силы.

Природа подурнела. Доступная природа, во всяком случае. Торчат уже зеленым началом лета кое-где голые кривые стволы, как пружины из выброшенного дивана. Подмосковные свалки-помойки вдоль всего железнодорожного полотна – даже не могила, а надругательство над могилой природы.

Человек победил природу. Она может забастовать с помощью стихийных бедствий – этакий натуральный терроризм, может неведомо откуда, из ослабевшего природного очага или из пробирки зловещего секретного ученого (что маловероятно, так же неонтологично, как все теории заговоров), появиться новая страшная инфекция. Наводнения, землетрясения, пожары, – но это уже только сопротивление загубленного, месть слабого. Человек победил, и это отразилось в фене, – кроны, купы, кущи, наконец кому-то о чем-то поющее зеленое море тайги – обозвали гениально «зеленкой» и тем списали в утиль.

Человек победил и пусть на этот счет не беспокоится. И не дьявол вовсе торжествует, а человек. Дьявол как концепция вовсе не нужен, не то что Бог. Можно уповать на Невидимое, но сваливать на невидимку – нечестно. Человека вполне достаточно. Дьявол – это уже поиск врага.

Архитектура