Читаем Opus Dei полностью

Представители Opus Dei считают такое замечание Эскрива невозможным для него.

В своем заявлении, опубликованном 11 января 1992 года, Фельцман объясняет, что он не имеет в виду, что Эскрива был антисемитом, а только то, что из-за антипатии к коммунизму позиции Эскрива были «прогитлеровскими и прогерманскими». Другая фраза, повсеместно приписываемая Эскрива, хотя никогда никем не подтвержденная, имеет тот же привкус: «Гитлер против евреев, Гитлер против славян — означает Гитлер против коммунизма».

В некоторых кругах, несмотря на заявление Фельцмана, все эти слухи стали материалом для обвинения Эскрива в антисемитизме. Например, газета Jerusalem Post 20 октября 2003 года в редакционной статье о планируемой беатификации Анны Катерины Эммерих, немецкой монахини XIX века, на основе видений которой был поставлен фильм Мэла Гибсона Страсти Христовы, писала, что она просто была самой последней из святых антисемитов. В этот список газета включила «основателя Opus Dei Хосемарию Эскрива де Балагера, папу Пия IX, польского священника Максимилиана Кольбе и загребского архиепископа Алоизия Степинаца, который поддерживал нацистский режим в Хорватии».

Существует документальный источник — запись собрания в Венесуэле 14 февраля 1975 года, который представители Opus Dei часто приводят в качестве иллюстрации отношения Эскрива к евреям. Один из участников собрания встал, чтобы задать Эскрива вопрос, и происходит следующий диалог:

Участник «Отец, я еврей…»

Эскрива: «Я очень люблю евреев, потому что безумно люблю Христа, а он еврей. Я не сказал, он был, а говорю в настоящем времени. Iesus Christus eri et hodie ipse et in saecula. Иисус Христос продолжает жить, и он еврей, как и вы. И вторая любовь моей жизни — тоже еврейка — святая Дева Мария, мать Иисуса Христа. Поэтому я смотрю на вас с любовью…»

Участник: «Я думаю, вы уже ответили на мой вопрос, Отец».

Некоторые еврейские источники подтверждают близость Эскрива к иудаизму. Например, раввин Анхель Крей-ман, бывший главный раввин Чили и вице-президент Всемирного совета синагог, на посвященном Эскрива конгрессе в Риме в 2002 году сказал: «Многие идеи Хосемарии Эскрива вызывают в памяти талмудические традиции и демонстрируют его глубокую любовь к миру евреев… Более всего его учение уподобляется иудаизму в призыве к людям служить Богу своей созидательной работой, каждый день совершенствовать мироздание путем совершенствования работы». Крейман, потерявший жену в 1994 году после взрыва израильского агентства в Буэнос-Айресе, добавил: «Члены Opus Dei помогали мне с самого начала моих занятий в семинарии настойчиво стремиться к своему призванию, и я видел, что они помогают и другим раввинам, за что я глубоко им благодарен».

Испанский раввин Симон Ассан Бенасаяг писал: «Обвинение основателя Opus Dei в нацизме или антисемитизме — бред высшей степени».

Что касается современного состояния Opus Dei, то там нет никаких признаков и остатков антисемитизма. Израильский посол в Ватикане Одед Бен-Гур в данном мне в декабре 2004 года интервью заявил, что его личные отношения с Opus Dei «всегда были конструктивными» и он «никогда не замечал никаких следов» антисемитизма. У Бен-Гура были хорошие рабочие отношения с Opus Dei в Риме: моя первая встреча с епископом Хавьером Эчеверрия, нынешним прелатом Opus Dei, произошла на ланче в римской резиденции Бен-Гура.

Обвинение Фельцмана, высказанное в 1992 году и повторенное в 2001 году, заключалось в том, что все мужчины — члены Opus Dei в 1941 году (в то время около пятидесяти человек) стали добровольцами испанской «Голубой дивизии», воевавшей на восточном фронте на стороне Германии против России. Испанский историк Альфредо Мендис, член Opus Dei, отвечая Фельцману, утверждал, что многие молодые испанские идеалисты, не только члены Opus Dei, записались добровольцами на войну с большевиками. Некоторые члены Opus Dei, хотя не все, стали добровольцами, но фактически никто не уехал на фронт. В любом случае, сказал Мендис, «Голубая дивизия» связывалась у испанцев не с антисемитизмом или приверженностью к Гитлеру, а с желанием сражаться против Сталина как врага религии.