Читаем Оправданный риск полностью

- Я этого не знал.

- Да ведь мы и не говорили об этом, о том, как росли.

- Нет, - после секундной заминки сказал он, - не говорили. Вот что интересно... Твои родители развелись, ты росла без отца... Почему же ты так не хотела...

Франс замолчал.

- Не хотела чего?

- Не хотела выходить за меня замуж.

- Ты хочешь сказать, не хотела подчиниться твоему приказу выйти за тебя замуж?

Она сказала это легко, потому что теперь это уже не имело значения, но Франс напрягся.

- У меня не было выбора.

По безоблачному небу пробежала тучка.

- Знаю, ты тогда так и думал, но сейчас...

- Я и сейчас так думаю. - Франс вытащил из-под нее руку и сел, опустив ноги на ковер. - Как может женщина, выросшая без отца, желать такой же судьбы для своего ребенка?

Лаура тоже села. Натянула простыню на грудь. Какой у него холодный голос. Голос обвинителя. Удивительно, но без одежды чувствуешь себя такой беззащитной.

- Мои родители совершили бы ошибку, оставшись вместе.

- Так, наверное, принято в нынешней Англии, но...

- Что ты имеешь в виду? - Она потянулась за халатом.

- Разве не ясно? - Франс встал и начал одеваться. - Чтобы ребенок появился на свет, нужны двое. Чтобы он вырос, тоже нужны двое.

- Не всегда. Если родители не любят друг друга...

- В браке любовь не обязательна, - холодно сказал он. - Взрослые люди вполне способны обо всем договориться.

"Любовь не обязательна". Эти слова поразили ее.

- Ты имеешь в виду.., как мы? Ее, бесстрастный тон неприятно задел Франса. Он чувствовал на себе ее взгляд. Рассердилась, но почему? Это он должен сердиться. Подобно ему, Лаура выросла без отца. Должна бы понимать, сколь аморальны были ее попытки оставить дочь без одного из родителей. Так нет же, понаставила барьеров, превратила его в какого-то злодея, в человека, насильно заставившего ее сделать то, что должно.

Ладно, это все позади. Они поженились.

Более того, они счастливы. Им нравится одно и то же, им хорошо вместе, у них отличное взаимопонимание в постели. Что еще надо? Любовь, о которой со слепым упрямством постоянно твердила его мать?

Нет. Их брак тому доказательство. Неужели Лаура сама этого не видит? Он вздохнул и повернулся к ней. Бледная, глаза опасно блестят... Неужели что-то сказанное им оскорбило ее? Но это же правда.

- Да, как мы. Наш брак удался, ведь так? Лаура не ответила. Франс еще раз вздохнул.

- Возможно, мне следовало сказать, что я тоже рос без отца.

- Вот как.

Голос все тот же, бесстрастный, неживой - Да. Может быть, нам стоит поговорить об этом.

- О чем?

- Сама знаешь. О нашем детстве.

- Если хочешь. - Она сложила руки на груди.

Что же он делает? Говорит, как робот, а чувствует себя человеком, ступившим на замерзший пруд и обнаружившим, что лед тоньше, чем ему думалось. Спокойно, помолчи, но его уже понесло.

- Может быть, это поможет тебе понять, почему для меня так важно, чтобы у нашей дочери, у Марии, был отец. - Франс открыл стеклянную дверь и вышел на террасу. Лаура после некоторого колебания последовала за ним.

- Ты назвал ее Марией. Это испанское имя?

- Да, испанское - тоже, но в основе - библейское, культ Девы Марии очень силен в католических странах. Но это имя дала девочке ты.

- Я назвала мою девочку Мэри...

- Нашу девочку. Удачный выбор. Мою мать тоже звали Марией. Она, кстати, была родом из Италии.

- Ты не рассказывал мне о своей матери.

- А ты о своем отце. - Он прислонился к стене. - Она была артисткой.

- Там, в Италии?

- Нет, ее семья переехала сюда еще до войны. Она хотела играть в театре, но у нее что-то не получилось. В общем, в Мадриде ей встретился мой отец. - Он нахмурился и сунул руки в карманы.

- И какой же он был?

- Самоуверенный и эгоистичный мерзавец. - Франс криво усмехнулся. - Узнав, что она беременна, он сразу же бросил ее.

- Мне очень жаль, - тихо сказала Лаура.

- Жаль... - Он покачал головой. - Мать пыталась разыскать его, она его любила. Ну а ему женщина с ребенком была не нужна.

- И она растила тебя одна?

- Да. И все время твердила, как любит его. В конце концов я возненавидел этого человека. За что можно любить такого мерзавца?

- Но ведь он оставил тебе что-то? Эта ферма..."

Франс горько рассмеялся.

- Оставил? Он оставил мне только ненависть к нему. Это все я купил, работая как проклятый. - Он посмотрел на Лауру, и глаза его блеснули. - Взял, так сказать, реванш.

- Франс. - Она подошла к нему и протянула руку. Он отвернулся. - Мне так жаль .

- Не надо меня жалеть. Мне не нравятся хнычущие мужчины. Я рассказал тебе об этом только потому, чтобы ты знала, что я чувствую иногда, думая о нашей девочке. Какая жизнь была бы у нее, у тебя, если бы...

- Не говори так! У меня была работа и карьера. У нас все было бы хорошо.

- Без отца? Без мужа?

Опять эта мужская самоуверенность! Ей хотелось встряхнуть его, но она подумала о том, как обошлась с ним жизнь, и только кивнула.

- Возможно, ты прав. Мне повезло больше, чем твоей матери. Отец моей дочери оказался достойным человеком. Он не бросил меня. Он на мне женился.

- Ты так говоришь, дорогая, словно я принес себя в жертву.

Лаура посмотрела ему в глаза, боясь задать вопрос.

- А разве нет?