Читаем Опьяненный страстью полностью

Щедрость ее временных попечителей ошеломляла, и Доротея мысленно выбранила себя за то, что недостаточно радуется балу. Как девочка, выросшая в Йоркшире, она в детстве часто мечтала о подобных минутах. Но даже ее богатое воображение не позволяло представить облаченных в синие с золотом ливреи, в белых перчатках лакеев, подающих гостям охлажденное шампанское.

Чуть раньше, стоя среди хозяев бала, Доротея даже думала, не ущипнуть ли себя за руку, чтобы убедиться, что все это происходит на самом деле. Ах если бы только ее сестры были здесь, чтобы разделить с ней этот торжественный момент! Но Гвендолин ждала приближения родов и не посещала никаких светских мероприятий, а Эмма в свои шестнадцать лет была еще слишком юна, чтобы в них участвовать. Она томилась дома, в Йоркшире, с дядей Флетчером и тетей Милдред и, без сомнения, ужасно скучала.

Доротея обещала себе, что завтра же напишет Эмме длинное письмо с подробностями о сегодняшнем бале. По крайней мере, так она сможет разделить с сестрой свои волнения и восторги.

Внезапно воцарившаяся в зале тишина отвлекла Доротею от раздумий. Она обернулась и увидела, что герцог Уоррик повел леди Мередит на танцевальную площадку. Доротея устремилась в центр зала, стараясь отыскать взглядом маркиза Дарлингтона. Он еще днем объяснил, что его отец, герцог Уоррик, захочет сам открыть танцы на этом балу.

Мысль о том, что придется танцевать с герцогом, страшно напугала Доротею. Она вдруг почувствовала, как затрепетало ее сердце от волнения. Но лорд Дарлингтон быстро успокоил ее, объяснив, что герцог Уоррик танцует прилюдно только со своей невесткой леди Мередит.

И поскольку его жене предстояло танцевать с его отцом, лорд Дарлингтон заявил, что на первый танец приглашает Доротею. Это было лучше, но не намного, потому что иногда девушка находила своего временного опекуна не менее устрашающим.

– Улыбайтесь, – скомандовал лорд Дарлингтон, когда они сделали свой первый круг по танцевальной площадке.

– Я улыбаюсь, – еле слышно пробормотала Доротея, напрягая все силы, чтобы выдержать устремленные на нее со всех сторон изучающие взгляды присутствующих. – Улыбаюсь так широко, что боюсь, как бы мое лицо не треснуло пополам.

– Представляете, какие слухи поползли бы после такого невероятного зрелища?!

Добродушное поддразнивание лорда Дарлингтона придало Доротее уверенности. Обычно ей нравилось находиться в центре внимания. Но она уже достаточно давно вращалась в обществе и знала, что сначала новичка пристально изучают, а потом критикуют. Иногда эта критика обоснованная, но гораздо чаще – мелочная и недоброжелательная.

Обе пары завершили второй круг по танцевальной площадке, и после этого к ним начали присоединяться остальные гости. Дыхание Доротеи постепенно пришло в норму, когда полированный пол танцевального зала быстро заполнился новыми парами.

Спустя несколько минут музыка смолкла. Лорд Дарлингтон подвел Доротею к своей жене и отцу, и они вчетвером покинули танцевальную площадку.

– Ну вот, теперь у вас есть возможность попрактиковаться в искусстве кокетничать, – холодно заметил герцог, когда шумная компания джентльменов направилась к ним. – Мередит сказала мне, что ее весьма впечатляет ваш подход, когда требуется завладеть их вниманием.

Доротея покраснела и опустила голову. В Йоркшире она считала себя в некотором роде экспертом в высоком искусстве флирта, но здесь, в столице, уровень лицедейства, которым занимались светские мужчины и женщины, намного превосходил ее талант.

– Боюсь, я должна еще многому научиться, – прошептала она.

– Полагаю, вы очень способная ученица, – вмешался лорд Дарлингтон. – Однако если вы столкнетесь с какими-либо проблемами, помните: я здесь, чтобы вам помочь.

Доротея не смогла удержаться и бросила скептический взгляд на лорда Дарлингтона: в чем же он может ей помочь? Скорее отпугнет значительную часть потенциальных поклонников, а это уж никак нельзя назвать помощью, когда она намерена найти себе мужа. Но в то же время разве ей действительно хочется стать женой человека, который не способен постоять за себя перед ее устрашающим опекуном?

Улыбаясь с напускной скромностью джентльменам, топтавшимся вокруг, Доротея пыталась отыскать взглядом Картера Грейсона, маркиза Атвуда, которого, как она опасалась, здесь вообще не было.

Маркиз не выходил у нее из головы все последние дни – со времени бала у графа Уэссекса. Леди Мередит выразила легкое удивление, когда не последовало от красавца маркиза ни посланий, ни цветов, ни визитов. Но Доротея прекрасно знала, что иного не стоило и ожидать. И не предполагала, что маркиз Атвуд станет ухаживать за ней. Но все же досадно было сознавать, что она оказалась права.

– Мисс Аллингем, я просто настаиваю, чтобы вы пообещали мне танец.

Доротея обернулась – взгляд ее наткнулся на внушительную фигуру сэра Перри. Его красное лицо запылало еще ярче, когда он поклонился настолько низко, насколько позволял стягивавший его торс корсет. Когда выпрямился, пряди светлых волос, росших на макушке, застилали ему глаза. Он поспешно отбросил их назад.