Читаем Опередить дьявола полностью

Она воткнула в известняковую породу первый рычажный зажим. Ее отец, давно уже покойный, был заядлым путешественником. Этакий герой из приключенческого романа — ныряльщик, спелеолог, скалолаз. Хотя страсть к приключениям ей передалась, но скалолазание не было у нее в крови — она не из тех асов, что могут подтягиваться на двух пальцах. Известняковая скала с ее вертикальными и горизонтальными расселинами как будто не должна представлять особой сложности для скалолаза, но только не эта: всякий раз ее пальцы попадали не туда, к тому же трещины забились затвердевшей магнезией, которую она уже пускала в ход прежде. При подъеме она периодически останавливалась, чтобы выгрести из трещин белую массу. Нельзя оставлять следов. Ни при каких обстоятельствах.

Миниатюрная Фли была сильная как обезьянка. Когда в жизни почти всегда неизвестно, что тебя ждет за поворотом, важно поддерживать форму, и она тренировалась ежедневно. Не меньше двух часов. Бег трусцой, поднятие тяжестей. Сейчас она находилась в оптимальной форме. Несмотря на неважную технику, подъем на скалу занял не больше десяти минут. И она даже не особенно запыхалась.

На этой верхотуре ветер завывал как зверь, анорак прилипал к телу, а волосы залепляли глаза. Она сжала пальцы и, обернувшись назад, посмотрела вниз на долину в пелене дождя. Большая часть скалы скрывалась в тумане, но не вершина, так что в худшем случае кто-то из проезжающих мог ее засечь. Однако дорога была практически свободна, если не считать одной-двух машин, ехавших с включенными дальними фарами и «дворниками». На всякий случай она прижалась к скале.

Она поджала пальцы на ногах и развернулась чуть влево, пока не увидела то самое место, затем ухватилась обеими руками за перепутанные корни утесника и развела их в стороны. Помедлила, не желая делать следующий шаг. Просунула голову в просвет. Сделала глубокий вдох. Задержала дыхание, чтобы оценить запах.

Выдох получился долгим и хриплым. Она выпустила корни, отвернулась и закрыла нос тыльной стороной ладони. Перевела дух.

Труп был на месте. Резкий, удушливый запах разложения подтвердил то, что она хотела знать. И все же запашок слабее прежнего. «Слабее» означало, что процесс идет своим ходом. В течение лета стояло то еще амбре. В иные дни она улавливала его еще внизу, на тропинке, где, в принципе, мог уловить любой прохожий. А такой запах — уже лучше. Гораздо лучше. Женский труп потихоньку разлагался.

За незаметным просветом, в который Фли просунула свой нос, открывалась расщелина в скале. Далеко внизу, на глубине около восьми метров, находилась пещера с одним-единственным входом под водой. Проникнуть туда было практически невозможно без акваланга и точного знания контуров каменоломни. Она проделала это дважды за те полгода, что тело пролежало в пещере, просто чтобы удостовериться, что его никто не обнаружил. Сейчас оно покоилось на самом дне, в углублении, заваленном камнями. Поди догадайся о захоронении. Единственное, что его выдавало, это очевидный запах, проникавший на самый верх, благодаря естественной вентиляции через невидимые трещины.

С противоположной стороны каменоломни донесся скрип: это открывались ворота. Она раскинула руки и ноги и заскользила вниз, корябая колени. Спереди на непромокаемом плаще протянулась оранжевая дорожка грунта. Она приземлилась, сгорбившись, с вытянутыми руками, вся обращенная в слух. При таком ветре с дождем трудно быть в чем-то уверенной, но, кажется, на территорию въехала машина.

Она подкралась к выступу скалы. Выглянула и тут же отпрянула назад. Машина. С включенными фарами. Медленно ползущая под дождем. Это бы еще полбеды. Фли еще раз высунула голову из-за мокрого уступа. Да. Патрульная машина.

Вот так так. И что ты теперь собираешься делать, всезнайка?

Она быстро освободилась от наколенников, перчаток, мешочка с магнезией. Верхние рычажные зажимы были уже вне досягаемости, зато ближние она поспешно выдернула из скалы и вместе со всем прочим засунула под ближайший утесник. Присев на корточки, она по-крабьи стала удаляться от скалы под прикрытием кустов, пока не доковыляла до другой скалы, где можно было встать во весь рост и оглядеться.

Патрульная машина остановилась в дальнем конце каменоломни, где громоздились отходы цементной компании. Автомобильные фары были забрызганы грязью. Может, коп заехал, чтобы отлить? Или сделать звонок? Или съесть бутерброд? Он заглушил мотор, опустил стекло и, высунув голову, сощурился, глядя вверх сквозь пелену дождя, а затем склонился над пассажирским сиденьем в поисках чего-то.

Бутерброд? Господи, хоть бы это был бутерброд. Мобильник? Нет, фонарик. Блин.