Читаем Опередить дьявола полностью

— Финансовый аналитик. А Нил трудится в Бюро по работе с гражданами. Специализируется на вопросах опеки детей во время разводов. Но это вам ни о чем не говорит?

— Нет.

— Боюсь, что ни о чем.

— Может, мы не с того конца заходим?

Все повернулись. Лицо Розы Брэдли, ссутулившейся на стуле, казалось одновременно смущенным и вызывающим. Она без конца расправляла на плечах пуловер, и он задрался на спине: испуганная ящерка в коже на вырост. Ее светлые глаза неуверенно выглядывали из-под полуопущенных ресниц.

— Простите? — переспросила Симона.

— Я говорю, может, мы не с того конца заходим? Может, мы его знаем?

Все переглянулись.

— Но мы только что согласились, что мы его не знаем, — возразила Симона. — Никто из нас никогда не слышал о Теде Муне.

— А если это не он?

— Если кто не он?

— Похититель детей. Тот, кто всем этим занимается. Я хочу сказать, мы тут сидим и рассуждаем, исходя из того, что полиция права. Что это Тед Мун. А если они ошибаются?

— Но… — начал кто-то и не договорил.

Сидящие в комнате словно оцепенели. Лица вытянулись. Наступила долгая пауза — все пытались осмыслить сказанное. И вот один за другим стали поворачиваться от Розы к Джэнис в ожидании разъяснений. Так дети смотрят на учителя. С надеждой, что признанный авторитет поможет им выбраться из трясины, в которую они угодили.

70

Среди лавины подарков, обрушившихся на них в связи с появлением на свет Чарли, было детское креслице. От родителей Найджела. Голубое, украшенное желтыми якорями. В то холодное утро, в восемь пятнадцать, оно дожидалось на полу в прихожей, когда его прихватят на выходе и закрепят в машине. Рядом с креслицем лежала походная сумка со всем необходимым: подгузниками, игрушками и сменой одежды.

Стоя на кухне в своем просторном свитере, Скай приканчивала уже третью чашку кофе, рассеянно глядя на конденсат, выступивший на оконных стеклах. Деревья в саду покрывал иней, и о том, что на улице действительно холодно, можно было судить по бодрящему сквознячку, гулявшему по дому из всех щелей в дребезжащих фрамугах. Она думала о прошедшей ночи. Об открытом окне. О сорванной крышке мусорного бака. Вымыла чашку и поставила ее в сушилку. Немного прибавила температуру в термостате и проверила, все ли окна закрыты. В прихожей висело на вешалке ее красное пальто и рядом сумочка. Что ж, утро для выезда подходящее. Пора уже съездить в офис. Показать Чарли своим коллегам. Почему нет? Вполне разумное решение.

71

Несмотря на то, что горел камин, Джэнис мерзла. Голова ее превратилась в камень. Холодный и твердый. Ее сверлил десяток глаз, все ждали от нее каких-то слов или действий. Она сунула ладони под мышки, пытаясь остановить дрожь. Постаралась собраться с мыслями.

— Кто знает… э… возможно, Роза права. — У нее стучали зубы, и с этим ничего нельзя было поделать. — Полиция не застрахована от ошибок. Возможно, это не Тед Мун. — Она подумала о мужчинах, с которыми Эмили сталкивалась за эти годы. Перед ее мысленным взором промелькнула череда лиц: учителя в школе, долговязый футбольный тренер с нечистой кожей, подчеркнуто вежливый со всеми мамашами, молочник, иногда перебрасывавшийся с ней несколькими словами на крылечке. — Возможно, все мы с кем-то связаны. С кем-то, кто пока не приходит нам в голову.

— Но с кем?

— Не знаю… не знаю.

В комнате воцарилось долгое молчание. За окном сестра Джэнис и Ник показывали сад Филиппе Брэдли. Та пришла со своим спаниелем, чтобы он поиграл с хозяйскими лабрадорами. Время от времени через створчатые двери было видно, как эта троица, кутаясь в пальто и шарфы, бросает собакам мячики, оставляя за собой черные следы на покрытой инеем лужайке. Джэнис вспомнила, как Эмили ребенком, хохоча, пряталась за цветами лаванды, чтобы мама, изображая испуг, кричала: «О, боже! Моя девочка пропала! Где моя Эмили? Наверно, ее похитило страшное чудовище!» Не Тед Мун? Если не он, то кто? Кто связывает ее и Кори с этими пятью людьми?

Из угла раздался тихий голос Дамьена:

— Знаете что? — Он вскинул ладони, обращаясь ко всем присутствующим. — Я никогда не видел этого сукиного сына с фотографии, но вот что я вам скажу. Вас, — он указал пальцем на Джонатана, — вас, приятель, я откуда-то знаю. Как вошел, так все время пытаюсь сообразить.

Все разом повернулись к Джонатану. Он нахмурился.

— Наверное, из газет? Они всю неделю печатали материалы.

— Нет. Когда я увидел вашу фотографию в новостях, я вас не узнал, иначе я бы сказал полиции. Но когда я сюда вошел и вас увидел, то сразу подумал: «Интересно, этого человека я где-то видел раньше».

— И где же?

— Не могу вспомнить. Или мне кажется.

— Вы в церковь ходите?

— Последний раз только в детстве. Дептфордская церковь адвентистов седьмого дня. Уж не обижайтесь, но я это дело на дух не выношу.

— А ваш ребенок. Ваша дочь. Как ее зовут? — поинтересовался Джонатан.

— Алиша.

— Ну да. Полицейские меня спрашивали. Я знавал одну Алишу, но то была не Алиша Грэм. Ее звали Алиша Морфилд или Мортон. Уже не помню.

Дамьен уставился на него.

— Морби. Алиша Морби. Ее фамилия по матери. Лорна отдала ее в школу под этой фамилией.