Читаем Операция «Посейдон» полностью

Георгий Соколов, удобно усевшись за рабочим столом, в последний раз просматривал материалы оперативной разработки «Филин», а также только что утвержденный руководством план мероприятий операции «Уши Посейдона». Каждую из этих бумаг, подшитую в дело, он уже знал почти наизусть, так что процесс больше напоминал медитацию, чем чтение. Слегка раскосые, окруженные ранними «гусиными лапками» морщин глаза, какие бывают у людей либо смешливых, либо наблюдательных, быстро пробегали по строчкам.

Секретно Экз. ед.

Справка

на гражданина Норвегии Йоргенсена

(ДОР№ 1841 «ФИЛИН»)

Йоргенсен, сорока шести лет, атташе по науке и культуре посольства Норвегии. Прибыл в Москву в ноябре 1976 года. Карьерный дипломат. С 1972 по 1975 гг. работал в атташате по культуре посольства Норвегии в Венгерской народной республике.

Венгерские друзья на наш запрос сообщили, что в Будапеште дипломат, в основном, занимался организацией различных выставок скандинавских художников и книжных ярмарок. Его связь со спецслужбами главного противника не установлена.

В Москву переведен с повышением в должности — атташе по науке и культуре. Русским языком владеет удовлетворительно. За время пребывания в Москве установил многочисленные контакты с чиновниками министерства культуры СССР и различных творческих союзов. Организует в посольстве культурные мероприятия, приуроченные к национальным праздникам Норвегии. Часто посещает выставки и вернисажи московских художников, собирает коллекцию старинных икон и работы русских авангардистов 20-х годов. С этой целью периодически посещает мастерские московских художников, среди которых установлен Хмельницкий Игорь, имеющий мастерскую на Поварской улице. Выезжал в командировки в Ленинград, Ригу и Тбилиси. Компрометирующих материалов не получено.

старший оперуполномоченный 3 отдела 2 Управления майор Шубняков А.Н.

15 июля 1975 г.

План мероприятий был тщательно проработан, свои действия сотрудники знали наизусть.

Итак, в квартире Йоргенсена никого не будет, кроме уборщицы, которая должна прийти в воскресенье в 14 часов. От нее известно, что в кабинете находится небольшой сейф, ключи от которого Йоргенсен всегда носит с собой. Вероятность того, что он неожиданно вернется, невелика. Но если это случится, гаишники получат команду задержать его в дороге. Времени для того, чтобы закончить либо свернуть операцию, хватит. В общем, как обычно: надеяться на лучшее, быть готовыми к худшему…

Накануне, когда план мероприятия был утвержден руководством, Соколов пригласил Анатолия в свой кабинет. Лучи летнего солнца падали на бумаги, разложенные у него на столе. В их свете они казались желтыми, как старинный пергамент. Неожиданно в окно залетел тяжелый шмель, волею случая занесенный в центр Москвы, да еще в контрразведку. Спланировав на край открытой банки с вишневым вареньем, не удержался и свалился внутрь. Беспомощно засучил лапками. Анатолий быстро подцепил его чайной ложкой и вытащил на свет божий, достал платок и стал освобождать его крылья от варенья. Потом опустил пленника на подоконник. Шмель минуту приходил в себя, ползая по давно не крашенному теплому дереву, потом расправил крылья и вылетел в открытое окно. Оперы проводили его взглядом. Он летел неуверенно и как-то скособочившись, но все-таки летел. Соколов и Анатолий долго еще следили за его неровным полетом.

— Почему-то мне жаль стало Скоглунда, — медленно произнес Анатолий и посмотрел на Соколова. — Не знаешь, почему?

Допив чай с вареньем, Барков и Соколов по второму разу начали прослушивать магнитофонную запись беседы Скоглунда и Никитенко.