Читаем Операция «Пилот» полностью

Меркулова как была вздорной девицей, так и осталась, несмотря на уже солидный возраст. У нее торчал карандаш из пучка волос на затылке, на ней хипповая юбка и жилет. Ей бы в таком виде снимать передачи о плетении кружев с помощью коклюшек или дымковском промысле. Она сидела в стороне от журналистов, устроившихся за столом переговоров, на диванчике в дальнем углу кабинета и листала журнал — один из кособокой стопки, громоздящейся на журнальном столике.

Она чувствовала себя на особом положении, что и в самом деле обеспечивало ей очень давнее знакомство с Ермиловым и приятельские отношения с Горюновым. Даже Егоров с ней успел поручкаться неоднократно, привлекая к делам ДВКР по заданию Ермилова.

Коллеги по журналистскому цеху глянули на нее с недоумением, хотя видели некоторые ее репортажи, связанные с работой контрразведки. Но уж больно она не вписывалась в обстановку дома два. Ермилов знал, что это она в быту такая, но стоит ей взяться за дело, достает из глубин своего гардероба вполне деловой костюм и уже не выглядит мечтательной особой, занимающейся пэчворком и бисероплетением. Она акула пера и ТВ в самом прямом смысле акульей сущности. На зубок ей лучше не попадаться.

Ермилов, естественно, инкогнито, присутствовал при инструктаже журналистов в кабинете начальника ЦОС, как и напросившийся с ним Егоров. Начальник ЦОС, тезка Ермилова, взял все в свои руки. Журналисты получили распечатки скриншотов с телефона пилота, отобранные и проверенные, но хорошо отражающие суть проводимой ГУР операции.

— У вас будет возможность записать короткое интервью с одним из пилотов, — сказал он. — Сейчас можно сделать небольшую запись с оперативником. — Он вопрошающе глянул на Ермилова, тот покосился на Егорова, изображавшего равнодушие, и кивнул. — Само собой, лицо надо заблюрить и для голоса использовать модулятор. Или снимать со спины.

Один из журналистов уже успел бегло и профессионально просмотреть предоставленный ЦОС пресс-релиз и заметил фигурирующую в ней персону Гинчева.

— А он-то тут каким боком? — спросил журналист. — Неужели и правда сотрудник МИ6?

— Агент, сотрудник… — Начальник ЦОС пожал плечами. — Как вот вы считаете, поставьте себя на его место. Вы — журналист-расследователь… — Он хмыкнул, переглянувшись с Ермиловым понимающе. — Допустим. Бывает. — Журналисты засмеялись. — Вы каким-то образом узнаёте, — он поднял указательный палец, — что ГУР собирается проводить секретную, еще раз повторяю, секретную спецоперацию по вербовке российских пилотов и намерены склонить их к бегству на боевом самолете, при этом фактически убив своих штурманов и других членов экипажа сильнодействующим медицинским препаратом от гипертонии. Причем, смею заметить, Гинчев не гражданин Украины. Он посвящен в детали операции, наблюдает за всем ее ходом с самого начала. А по нашим сведениям, и вовсе руководит процессом. Вот так работают англичане на «свободной» Украине. Активно, нагло, с нахрапом, уже не таясь, не скупясь на гонорары. Гинчев, кстати, никогда не скрывал своей связи со спецслужбами. Степень бакалавра в Болгарии он получил в Американском университете, затем учился в Австрии. Все подобные личности, как известно, обрабатываются во время учебы в схожих образовательных учреждениях в своих странах или учатся за границей — и так называемые оппозиционеры, и агенты влияния, и в конечном счете профессиональные агенты. Вот вы в какой-то степени и должны предотвратить его «журналистский» выпад, свести на нет всю подготовленную им за несколько месяцев клюкву, очередной вброс. Нанесем упреждающий удар. Посмотрим, что на это ответит Гинчев.

Начальник ЦОС отвел журналистов в комнату с камином и книжными стеллажами, чтобы сделать запись интервью с Егоровым. Оставил своего помощника контролировать процесс, а сам вернулся в кабинет.

— Олег, думаешь, сработает? — Ермилов покосился на Меркулову, все еще сидевшую с задумчивым видом на диванчике. Она никогда никуда не бежала в первых рядах и чувствовала, что, притормозив, может еще что-нибудь разнюхать поинтереснее.